— А другому в это время может просто хочется есть. Его надо прежде накормить, чтобы потом разговаривать, хоть как-то. и поэтому мне кажется, что на людей надо воздействовать на их это самое... пробуждая в них доброе, воздействовать именно тем, что им сейчас нужно. — Вот мы сейчас здесь обсуждаем тему, чтобы ты сказал человечеству, если бы тебе предоставили такую возможность. Но обращение к человечеству уже существует, это книга. Если хочешь обращаться ко всему человечеству, то надо говорить на языке мысли, чтобы было понятно каждому человеку, в мозг. Все зависит от состояния его головы. — Ты когда-нибудь объяснялся в любви? — Нет, это моя принципиальная точка зрения. — Всё это временное явление. — Нет, это исключено. — К кому-нибудь объяснишься. — Полюбишь кого-нибудь, неужели не объяснишься? — Ну, он выше этого, понимаете, выше! — Ну а как же тогда? — Он будет объясняться на языке мысли. — Все ли люди счастливы от этого мира? Все ли люди счастливы?... Я совершенный противник войн. Война — это ужасно. Жизнь каждого человека — это что-то неповторимое! — Если бы у меня была такая возможность, я бы, наверное, сказала человечеству, что давайте жить по-доброму... Но ведь об этом говорят, а этого нет. Как сказать так, чтобы подействовало? — Человек добрый, все люди добрые и начнут из этого добра искать зло. Это же правильно... начнут искать, из этого зла найдут добро. Самые плохие черты будут для человека идеалом. И в конце концов, что бы не сказало человечество, даже не сказало, а посоветовало, потому что это невозможно, потому что надо просто не коверкать себя. Если человек злой, если ему хочется делать зло, так уж пусть, чтобы видели все души. — Надо верить в людей, имеет значение красота. Красота трогает человека за душу, пробуждает в нём что-то хорошее. Вот взять, допустим, Павлову, её танцы. Каждый человек не может не испытывать, как бы не был он плох, какое-то удовольствие от её танца. Ничего ведь объяснять не надо.