На суде собственной совести обвиняемый, обвинитель, адвокат и судья — одно и тоже лицо.

Говорят, на войне бывает мужество двух родов: во-первых, мужество в отношении личной опасности, а во-вторых, мужество в отношении ответственности перед судом народа, перед судом истории, наконец, перед судом собственной совести.

Может быть, в наше время это и есть главная загадка — человек, живущий по законам собственной совести и собственных нравственных правил, диктующих совершенно особые правила поведения.

Я не могу осуждать её за то, что у неё есть совесть.