И в буфете, для других закрытом, Повар успокоил: «Не робей! Ты, — говорит, — с таким прекрасным аппетитом Враз проглотишь всех его коней! Ты присядь перед дорогой дальной — И бери с питанием рюкзак. На двоих готовь пирог пасхальный: Этот Шифер — он хоть и гениальный, А небось попить-покушать не дурак!»

Правду трудно проглотить, поэтому растут аппетиты на ложь.

— Только это помещение всё время закрыто. Что там? — Погибшие жёны хозяина... Буфет с серебром.

— Дик Грейсон (Робин)

Жизнь моя, не торопись. Коней своих останови… Присядь, скромно улыбнись. И по душам со мной поговори!

— Ты разве меня не боишься? — Сфинкс уже не таясь начал меняться. <...> С трудом проглотив вязкую слюну враз пересохшим горлом, я прошипел ответ. — Видали мы карликов и покрупнее.

— Тимофей Петрович Царенко