Не думай об этом. Чимин пальцами касается щек, скользя по шее. Эти неприятные на вид бордового оттенка опухшие веки. Болезненный вид. Кажется, у него жар. Прижимает ладони ко лбу. Горячо. В горле пожар, голос осип, голова болит, глаза горят, нос заложен. Опускает руки, выдыхая. Он слишком ослаб за период этого времени. Он уже не тот Пак Чимин. Не тот непринужденно улыбающийся парень, которому было глубоко на все плевать. Который спокойно напивался, курил, трахался, похабно улыбаясь. Изгибался сексуально в такт музыке, гоняя по сцене. Парень, смотрящий на него через зеркало — это смесь эмоций. И главное чувство — усталость, бессилие. Как же жалко ты выглядишь, не находишь? Почему в свои двадцать четыре года тебя уже одолевает смертельная усталость? Тебе хочется тишины, спокойствия где-нибудь загородом, любимого человека рядом, и яркое солнце рано утром. Не этого — ни шума громкой музыки, ни сцены, ни дикого секса. А спокойствия. Дней, наполненных смехом. Пак Чимин смертельно устал за свою жизнь, никак не наполненную чем-то хорошим. Будь у него возможность, как бы он прожил ее? Он стал бы знаменитостью, как и сейчас, обеспечил себя деньгами, и просто путешествовал по миру в поисках чего-то нового, чего-то красивого, учился новому. Новые вещи, еда, люди, дома, страны и города. Разве не потрясающе? Завести после этого семью, и быть отцом, который готовит по утрам блинчики. Отцом, который неожиданно отвезет тебя к черту на куличики. Отцом, который проводит с тобой каждую свободную минуту. Отцом, который хочет быть уверен, что ты чувствуешь себя важным и любимым.