БЕЗ ОКОВ В кратчайший срок как изменился б человек и дивно мир преобразился, Предстала бы совсем другою на планете жизнь сама! – Тогда повсюду на Земле порока рухнули б дома И ересей – и вновь Единой Веры Храм во всех пределах утвердился; Всяк светом собственным своим уж, не иначе, изнутри бы озарился И, уязвлённая, от человека отступилась тьма, – Когда б, в нём сущий, от оков лишь боязливо-маловерного ума Божественный, вечно живой, восставший дух освободился! В ЧАС ПОСЛЕДНИЙ Смыкая всё плотнее друг за другом строй, идут гремучие века, Самой планете угрожая страшным гибельным расколом. – Слепя немой молящий взор, так пышут огненным глаголом Свинцом и серой налитые бурь военных грозовые облака... Иль то безжалостного Рока тень нависшая, пугающе близка, Мир обречённый обволакивает мрачным ореолом – И от восхода до заката простирается над потемневшим долом В расплаты наступивший час Судьи уж Гневного Рука? СРОДНИ ИУДЕ В наш смутный век ужель так в самом деле, выродившись, измельчали люди, Что злом отравлены, что им, как губка – влагою, их дни Насквозь пропитаны, погрязли что столь глубоко они, Куда ни глянь, в корыстолюбье, в неумеренном тщеславье иль во блуде? И посмотреть, лишь гордость глупая одна теснит им, распирая, груди, И где открыто и нисколько не стесняясь, где в тени Особо громких фраз, легко торгуют совестью своей они – сродни Недоброй памяти тому христопродавому Иуде!