Гофман предвосхитил уайльдовый парадокс, будто не театр возникает из жизни, но жизнь — из театра. Из театра абсурда, в котором драматурги и режиссеры — грядущие «отцы».
Я полагаю, что театр абсурда имеет совершенно законное существование среди других театров. У абсурда свои законы, гораздо более чёткие, чем искусство жизнеподобного. Потому что и то, и другое исследует жизнь. В абсурде совсем другие законы, гораздо более плотные, но они гораздо более математичны. Они точности требуют.
