Он все время играл роль, и самую шутовскую, какая только приходила ему в голову, он нарочно выбирал самые смешные выражения. Он любил быть с кем — нибудь, одиночество стало для него невыносимо. Чем нелепее было то, что он говорил, тем больше отвлекался он от серьезной стороны своей жизни, которая не удовлетворяла его; ум был шутом его души.