Ко мне торопливо приблизился невысокий темноволосый целитель из свиты князя. Его руки затрепетали над моими ожогами, пальцы засветились мягким изумрудным светом. - Держитесь, маркграф, — пробормотал он, пот покрывал его лоб от напряжения. — Ожоги третьей степени, повреждение мышечных тканей и рёбер… как вы вообще стоите? - Злость — отличное обезболивающее, — с иронией в голосе ответил я. — Рекомендую.

Родная — это не та, кто в постели, а та, кто в сердце: сердечная мышечная ткань.

Целитель силы неземной! Я лоб облобызаю твой. Могучий стан, упрямый подбородок, Я вся горю, едва тебя увидев. «О, Хаус!» — повторяю нежно. Я уже не буду прежней.

— Доктор Джеймс Уилсон

Привыкай самостоятельно вынимать пули, застрявшие между рёбер.

Твоя красота — всего лишь форма твоего черепа. И я повёлся на неё, и был полным дураком, пока верил ей. Нас привлекает мышечная ткань, кости, молочные железы. Все те детали, что к…