Пограничную зону между одиночеством и общением я пересекал крайне редко, в ней я обосновался даже более прочно, чем в самом одиночестве.

Затем подошли к вопросу о Германии. Сталин заявил, что от войны никуда не денешься. Страны больше не существует. Нет ни определенных границ, ни пограничной охраны, ни войск, а есть лишь четыре оккупационные зоны.

Больно — значит живой. Это только у мертвых ничего не болит. Мертвые, чтобы почувствовать себя живыми, ходят в бутики и гипермаркеты. А живые идут в церковь, потому что сердечную боль лечат только там.

Ты всю жизнь провела среди мертвецов, копаясь в подробностях последних мгновений чужих жизней, и вполне в этом преуспела, потому что ты тоже мертвая, мертвая внутри. Ты похожа скорее на хладный труп, чем на живого человека, и, мне кажется, ты стремишься к своей единственной подлинной ипостаси — к смерти.