— Я хочу... Я хочу... А, придумала... — Родители не разрешат нам держать в доме пони. — Эх... Ну тогда я хочу... О! — А единорогов вообще не существует! — Хорошо, тогда я пойду думать, а как придумаю что-нибудь умное — скажу. — Ну значит у меня есть лет пятьдесят.

Я хочу того, чего всегда хотела. Я хочу дом. Хочу семью. Я хочу, чтобы кто-нибудь любил меня. И я хочу жить.

Даже самая дорогая одежда и крутая машина ещё не делают вас человеком.

Родители ваши были ссорящимися машинами или постоянно ноющими машинами, — говорилось дальше в книге. — Ваша матушка была запрограммирована вечно ругательски ругать вашего отца за то, что он — плохая зарабатывающая машина. А ваш отец был запрограммирован ругать её за то, что она — плохая хозяйственная машина. И ещё они были запрограммированы ругать друг друга за то, что они оба — плохие любящие машины. Кроме того, ваш отец был так запрограммирован, что, громко топая, выходил из дому и грохал дверью. От этого мать автоматически превращалась в рыдающую машину. А отец отправлялся в кабак, где напивался с другими пьющими машинами. Потом эти пьющие машины шли в публичный дом и брали напрокат развлекательные машины. А потом отец тащился домой и там превращался в кающуюся машину. А мать становилась машиной всепрощающей.