Смоки и Бандит (Smokey and the Bandit)

– У тебя отличный профиль. – Это точно! Особенно с боку. – Ну хоть в чём-то мы сходимся. – Да. Нам обоим нравится половина моего лица.

– Извини. Я не собираюсь жениться. – Отлично! Нас таких уже двое. Твоя колымага ездит? – Еще как.

– Это было круто! Хочу перепрыгнуть что-нибудь ещё! Машину, дом — хочу перепрыгнуть что-то! – Тогда перепрыгни меня!

[Угонщики начали разбирать тачку сбежавшей невесты, а шериф тихо подъехал, расстегнул кобуру, присел на капот свой машины и закурив, щёлкнул зажигалкой, и только сейчас угонщики увидели шерифа и его сына. Бьюфорд одному дал поддых и остальные положили руки на машину] – Погодите пока обносить машинку, господа. Ай-яй-яй! У тебя усталый вид, малыш. Отдохни и руки на машину. Вы, подонки, тоже небось перетрудились. Обращаю на себя ваше внимание. Дамочка с этой машины пересела в другую, номер видели? – Д-да, сэр. Номера из Джорджии. «Раз-один.» Эр-А-Зэ черточка О-Дэ-И-Эн. – Ладно. Теперь, пацаны, постойте здесь и постерегите машину. Тут в округе водятся хулиганы; еще украдут что-нибудь. Так вы, мальчики, пока постойте здесь, а руки подержите на машине. Пока не прибудет кто-нибудь из моих помощников. Домой не ходите. Жрать не ходите. И «лысого» не гонять. На моем шоссе это делать некрасиво. То есть... думать — думайте, а делать — ни-ни.

– Тебя заинтересует коп, который писает у дороги? – Да, интересует... Он делает дело номер один.(Он ставил 10-100) – Ну, это лучше чем дело номер два. (10-200)... [оба смеются]

– Эгоцентричный сукин сын. – Чувак, который так размалевал грузовик, пошел бы на похороны священника, одетый в цветные перья. Видишь, сынок? Старые легенды не умирают. Они просто теряют вес. Разбойник, это мы с сыном к тебе пришли. – Какие классные костюмы. Нелегко, небось, в наше время найти на барахолке размеры 68 «жиртрест» и 12 «метр с кепкой».

– Знаете что, шериф? Если чёрный Транс Эм Джей-Дабл-Ю на повороте уступит дорогу, я его обгоню. – Где? В лесу? Слушай, мне плевать, что твой папа мэр, если разобьёшь эту тачку — из своей зарплаты платить будешь. – Да шериф, но он уходит. – Парень, он никуда не денется. Мост Малбери разобрали уже шесть месяцев назад.

– Почему? [после того, как Бандит дал ей кличку «Лягушка»] – Потому что ты всё время прыгаешь туда-сюда. И ты такая милая, как лягушонок. И мне бы хотелось на тебя прыгнуть!

– Слово «Биг» Эноса дороже золота. Ладно, показывай деньги. [Бо скептически смотрит на Эноса, тот командует Малышу отсчитывать деньги] В темпе, мелкий. – Блин. Значит так. Четыреста ящиков пива — на них тоже нужны бабки. – Без проблем. Отсчитай, малыш. – Новая машина. Нужна легковушка — прикрывать грузовик на дороге. [Бо ставя уточнения, заставляет мелкого отсчитывать всё большую сумму на рейс] – Ладно. Давай, мелкий. – Пинка бы я ему дал по жопе... – Машина нужна быстрая.... Нет, еще быстрее. Давай, давай. [Малыш Энос начинает иго-готать продолжая отсчитывать доллары]

Думаю, я влюбилась в твою пряжку от ремня.

– Последний раз, когда я видел такие ноги, на них висела бирка. – Ты чего? У меня такие славные ножки. Я же бывшая профессионалка. – В таком случае, тебе не стоит белое на свадьбу надевать. – Я танцовщица!!! – Ну, ковбоям нравятся пухлые икры. [по поводу ног Кэрри] – Они не пухлые! – Ну, они определённо больше моих. – Мы правда хотим говорить о ногах? – Ну, кто-то из нас хочет. Иначе мы... – Умник! – А что мы теперь делаем? – Лично я достаю свою одежду, тупица. – Хорошо придумала. Может, вскочишь во что-нибудь поудобнее...

За хорошую старую американскую жизнь: за деньги, за славу и за веселье... в основном за деньги.

– Видели это? Они прямо через наш кордон проехали. – Вы, сучки, даже зонтик не можете закрыть!

– Она оскорбила мой город! Она оскорбила моего сына! [Сынок Джастис начинает что-то говорить, Бьюфорд его затыкает] Заткнись! Она оскорбила мою власть! А это чистой воды старомодный коммунизм. Такое случается каждый раз, когда одна из этих танцовщиц начинает шастать с этими шоу-фолк п*дарями! ...< >... Ни одна девица не смеет сбегать у меня из церкви. Весь город украшен был за сорок долларов. Я как сейчас вижу...как она бежит обратно по проходу от алтаря. Нет, она пританцёвывала, убегая по проходу. Её сиськи скакали из стороны в сторону. А уж её зад как вертелся! Как трясся...

– На самом деле, мои самые серьёзные отношения были с певцом блюз-рока... по имени Роберт Крамли. Мы были вместе, э-э, восемь с половиной дней. Боже, я правда думала, что это оно. – И? – Однажды я пришла домой и застала его в душе... с девушкой... и её мамой! – Ну хоть в семье порядок. Это настоящие крепкие семейные сношения...

– Такие фуры сейчас стоят по 80 тысяч баксов. Выходит примерно по три штуки в час, если управишься за 28 часов. Это для тебя нормальная замануха? – Значит, подъехать в Тексаркану и вернуться за 28 часов. Без проблем. – Еще никому это не удалось, пижон. – Фильтруйте базар, дамочка. Тут есть одна загвоздка — пиво «Курз». Вывозишь его на восток от Техаса, и оп-ля!... Попал за контрабанду. – То есть у тебя уже мурашки побежали? – А ты у нас тонкий психолог. Почему тебе так приспичило именно этого пива? – Жажда мучает, болван. – Понимаешь, у меня завтра человечек выступает на важной гонке. Хочется отпраздновать его победу по-большому. – Насколько по-большому? – Ну, буду я и пара-тройка друзей. Четыреста ящиков. – Четыреста...? Ну давай посмотрим на твои деньги..