Я шел к блаженству. Путь блестел Росы вечерней красным светом, А в сердце, замирая, пел Далекий голос песнь рассвета. Рассвета песнь, когда заря Стремилась гаснуть, звезды рдели, И неба вышние моря Вечерним пурпуром горели!.. Душа горела, голос пел, В вечерний час звуча рассветом. Я шел к блаженству. Путь блестел Росы вечерней красным светом.

Обидно раннюю зарю Менять на тусклый свет вечерний. Теперь я часто говорю, Что в жизни нет путей без терний.

— Иван Ермолаев

Виновата ли я, виновата ли я, Виновата ли я, что люблю? Виновата ли я, что мой голос дрожал, Когда пела я песню ему? Виновата ли я, что мой голос дрожал, Когда пела я песню ему?

Свет в окне, как свет в конце тоннеля. Всю неделю пели чьи-то голоса мне эту песню: «Бог есть Даже здесь. Вот тебе музыка, Вот тебе текст».

Грусть сердечная к нам приходит, С песней вновь на вечерней заре, Не сворачивай с верной дороги, Ибо дорога ведет ко мне...