Никогда не было еще народа без религии, то есть без понятия о зле и добре. У всякого народа свое собственное понятие о зле и добре и свое собственное зло и добро. Когда начинают у многих народов становиться общими понятия о зле и добре, тогда вымирают народы и тогда самое различие между злом и добром начинает стираться и исчезать.

Бродский полагал, что эстетика старше этики: «эстетика — мать этики; понятия «хорошо» и «плохо» понятия прежде всего эстетические, предваряющие категории «добра» и «зла».

В китайской философии этика имела не только социальный и антропологический, но также и гносеологический и онтологический смысл. Виды знаний различались по их моральной значимости, а фундаментальные понятия бытия трактовались в преимущественно этических категориях — добро, добродетель, искренность. Иногда заслугу конфуцианства видят именно в создании «моральной метафизики», что придало этико-ритуальным категориям универсальный мироописательный смысл.

Не существует никаких понятий о добре и зле, годных для всех времен и народов. Добро и зло — это не метафизически застывшие противоположности. То, что вчера было добром, сегодня может стать злом.