«— Знаешь, я сейчас представил всех своих женщин... — Они цепью шли или гуськом?— Джоуи «Джо» Триббианиaforizm.online— Знаешь, я сейчас представил всех своих женщин... — Они цепью шли или гуськом?— Знаешь, я сейчас представил всех своих женщин... — Они цепью шли или гуськом?— Джоуи «Джо» Триббиани Скопировать Скачать Картинкой Картинка Поделиться
«— Ну... и четвёртый — Гуськов. — Как? Как Гуськов? Опять Гуськов? Почему Гуськов? — Должен же быть кто-то четвёртый.— Лидия Владимировна Аникееваaforizm.online— Ну... и четвёртый — Гуськов. — Как? Как Гуськов? Опять Гуськов? Почему Гуськов? — Должен же быть кто-то четвёртый.— Ну... и четвёртый — Гуськов. — Как? Как Гуськов? Опять Гуськов? Почему Гуськов? — Должен же быть кто-то четвёртый.— Лидия Владимировна Аникеева · фильм
«А сейчас гуськом и по этапу Набирает скорость прицепной. Попрошу я вас: «Снимите шляпу! Я не умер! Я еще живой!»aforizm.onlineА сейчас гуськом и по этапу Набирает скорость прицепной. Попрошу я вас: «Снимите шляпу! Я не умер! Я еще живой!»А сейчас гуськом и по этапу Набирает скорость прицепной. Попрошу я вас: «Снимите шляпу! Я не умер! Я еще живой!»
«Все люди мира — как умершие души. Скованы общими цепями. Никогда не знаешь, чья цепь зазвенит в ответ, если потянешь свою.aforizm.onlineВсе люди мира — как умершие души. Скованы общими цепями. Никогда не знаешь, чья цепь зазвенит в ответ, если потянешь свою.Все люди мира — как умершие души. Скованы общими цепями. Никогда не знаешь, чья цепь зазвенит в ответ, если потянешь свою.
«Полная и безоговорочная капитуляция перед женщиной, которую полюбил, разрывает все узы, освобождает от всех цепей, остается только одно: страх потерять ее, а это-то и может оказат…— Генри Миллерaforizm.onlineПолная и безоговорочная капитуляция перед женщиной, которую полюбил, разрывает все узы, освобождает от всех цепей, остается только одно: страх потерять ее, а это-то и может оказаться самой тяжкой цепью из всех возможных.Полная и безоговорочная капитуляция перед женщиной, которую полюбил, разрывает все узы, освобождает от всех цепей, остается только одно: страх потерять ее, а это-то и может оказаться самой тяжкой цепью из всех возможных.— Генри Миллер · книга
