Скад: — Эй, Ви, как слышно? Ви? Эй, расскажи, как там погодка? Абрахам Уистлер: — (под проливным дождём) Греюсь на солнышке, жабёныш.

Обратно пишу вам, разлюбезная Катерина Матвеевна, поскольку выдалась свободная минутка. И разнежился я на горячем солнышке, будто наш кот Васька на завалинке. Сидим мы сейчас на песочке возле самого синего моря, ни о чём беспокойства не испытываем. Солнышко здесь такое, аж в глазах бело…

— Помоги мне встать, Олаф! — Ты что, не вставай! Сиди у огня и грейся! — Мне нужно к Кристоффу. — Зачем? — ... — Я знаю, зачем! Вот он — знак истинной любви! Мчится вихрем по фьорду наш храбрый немытый король оленей!

Как вижу, барышни приберегают оборотную сторону рисунков, как и постскриптумы в своих письмах, для самого важного и интересного!