Если ты в меньшинстве – и даже в единственном числе, – это не значит, что ты безумен. Есть правда и есть неправда, и, если ты держишься правды, пусть наперекор всему свету, ты не безумен.
Если любовь — это лишь приступ безумия, получается, её можно излечить. Но где начало и конец этого безумия? Где пролегает граница между любовью и одержимостью?