Инфецируя сознание посредством своих звуков, Я направил в ваши головы осколки от шахеда. Мы возьмëмся снова за руки, там, после моей смерти. И ты сможешь разорвать меня на тысячу кусочков...
«Человек запрограммирован на упадок и ничтожность. Всякий раз, когда вы забываете выключить утюг, подскальзываетесь, откладываете дела, плачете — жизнь расставляет всё по местам. Напоминает вам о том, кто вы есть: кусок одержимого мяса, подвешенный на крюки своей слабости в хищной вопящей бездне.»
«Прошлое прекрасно тем, что оно уже успело нанести вам раны, судьба которых — постепенно заживать. Настоящее может похвастаться лишь тем, что калечит вас прямо сейчас, а оттого становится нестерпимым. Будущее же — это тревожные образы ваших новых ран.»
«Всем здесь хочется любви. Когда её много, она перестаёт цениться и становится обязанностью, когда мало — она умирает в зародыше, превращаясь в иллюзию. Но самое смешное и горькое — её никогда не бывает столько, сколько нужно. И все дороги ведут к обморожению. В случае с дефицитом любви, холод просто висит над вами, в случае с избытком — вы сами слепите себе холод. Всем здесь хочется оказаться в тепле. Но жизнь начинается с ледяного ветра, обдувающего вас при покидании утробы, и кончается ледяной могильной плитой.»
«Вы никому не будете нужны «просто так». В корне всякого сотрудничества лежит желание наполнить и дополнить себя. И не важно, как оно проявляется — в стремлении накормить тело или усладить взгляд, усовершенствовать разум или набить карман. Все, кто говорят, что дорожат вами, подсознательно пребывают в состоянии ожидания лучшего варианта. И поверьте — обязательно найдётся тот, кто будет красивее, внимательнее, богаче и интереснее вас. В этот момент вы почувствуете, каково это — быть брошенным. Но не переживайте: вы всегда сможете вышвырнуть того, кто вскоре подберёт вас, тем самым заняв на этой свалке место повыше.»
Насколько натуральным ощущается состав наших душ, когда их пожирает Дьявол? Мы удалились из Эдема для того, чтобы пить жидкое мыло и средства для очистки труб. Мы про**али чëртов Рим ради ланч-боксов, набитых мечтами наших детей.
Я ползу по крыше многоэтажного дома подобно крысе и молю Бога об отпущении грехов. «Сорви мою оболочку, смой с меня следы семени и нечистот. Уничтожь во мне всё настоящее, а стало быть, больное и низкое».