Мне нет места ни в сердце твоем, ни в душе, А ведь раньше казалось иначе. Поражал ты меня речевыми клише, Говорил: «Только слабые плачут». Я не ангел и точно уж не идеал, В мире множество девушек лучше, Но зачем ты жестоко меня унижал Смерчем слов неприятных и жгучих? Я любила, прощала и вечно ждала, Свято верила, ты изменишься. Помолчи, знаю я, что была не права, Только заново ведь не родишься.
Вся наша жизнь Полна противоречий, Их непременно каждый Разрешает сам. Один на дне морском Ждёт с чудом встречи, Другой спешит в объятья Солнца к небесам.
В особых случаях для приручения собаки недостаточно просто бросить кость, а надо ещё и отобрать её впоследствии за плохое поведение, чтобы потом до конца своих дней, животное боялось ослушаться и потерять оставшиеся награды.
Чувства были не в цене, они всеми способами осуждались, как нечто бесполезное, лишнее, вроде аппендицита. Всех, кто пытался мечтать, взлететь выше остальных – тут же опускали на землю и размазывали по асфальту.
Темнота. Сплошная, вечная темнота поглощает всё глубже, словно зыбучие пески. Воспоминания утекают медленным ручейком, а сознание с каждым мгновением мутнеет. Вдруг яркая вспышка и я лечу вниз, а сверху раздаются истошные крики миллиона голосов. Всё стихло, так внезапно. Холод проходит по спине, ногам, закрадывается в душу. Открываю глаза и вижу вокруг засохшее поле, а где-то вдали мерцает множество огней. Ночь. Не понимаю, ни кто я, ни где я. На обнажённое тело падают снежинки и не тают. В груди болит, а вся кожа в порезах и кровь капает на землю. Пытаюсь подняться, но обнаруживаю, что весь запутан в проводах. Один из них заходит прямо в горло и доставляет дискомфорт. Хочу от него избавиться и с силой тяну, а он проникает всё глубже, пока совсем не скрывается внутри. Остальные провода следом залезли под кожу, проникли в кости, и боль исчезла. Не замечаю, как оказываюсь на ногах и уже бреду в сторону города, огни которого зовут меня. Каждый шаг даётся с трудом, но останавливаться нельзя. В глазах темнеет и становится страшно попасть снова в ловушку. Пытаюсь сопротивляться, вспомнить хоть что-нибудь о себе и на ум приходит имя: Каил. Темнота отступает.
Любовь — это всего лишь самовнушение. Вот сидит себе человек и понимает, что мало проблем, надо бы влюбиться. А что поделать, скучно жить некоторым из нас. Вот идет он, ищет себе жертву, обхаживает, ухаживает, и тут жертва решает из милосердия внушить себе, что тоже любит этого человека. И все было бы хорошо, если бы не следующее: любовь — это не что иное, как проявление мазохистских наклонностей. Признайтесь, глубоко в душе все мы любим пострадать. И месяца не пройдет после начала отношений, как появится ревность, и не важно к кому, хоть к коту. А потом закрадываются мысли: «Он меня не любит, другу, маме, собаке уделяет больше внимания». От этих мыслей появляется ненависть, а потом крах отношений. И это в лучшем случае, ведь те, кто особенно подвержены мазохизму, будут кидаться из крайности в крайность — любить, ненавидеть, терпеть и снова любить.