Не шуми, не показывай бед и слёз – Заклеймят ведь и заклюют. Не поймут, не примут тебя всерьёз, Отвернутся и оплюют. Надевай улыбку, влезай в броню, Открывайся лишь тем, кто сам В том же тихом с тобою идёт строю – От адовых мук к небесам.
Новый год уже в пути! Я-то точно знаю! Мам, со мною посиди, Я одна скучаю. Расскажи: как он летит? На санях? На птицах? Скоро в двери постучит? Что-то мне не спится... Я у двери подожду, Ну совсем немножко! Спать пока я не пойду, Посмотрю в окошко.
Вооружись терпением и пониманием. И запомни: нет во внутреннем мире ничего не нужного. Нельзя избавиться от агрессии, страха и горя, не потеряв при этом радость, покой и вдохновение.
Каждый миг на земле происходят чудеса. И чтобы их заметить, нужно просто оглянуться и открыть глаза. Не обязательно паниковать и выдергивать перья, чтобы ощутить за спиной крылья. Они всегда там. Просто люди ими не пользуются.
Бывают люди, излучающие свет. Как будто льётся он сквозь них, из сердца рвётся, А в их распахнутых глазах сияет солнце! И кажется, что зла на свете нет.
Скоро снова вставать без пятнадцати восемь И бежать под дождём на озябший трамвай… Ах, как трудно включаться из августа в осень, Как же хочется снова отправиться в май.
Вы скажете, что кофе с собой есть везде, во всех городах мира. Конечно. Но в Петербурге есть еще пронизывающий ветер с Невы, вечерний озноб и постоянные дожди. Поэтому кофе в стаканчике в озябших руках здесь превращается в милую спасительную традицию. Мы с моими гостями любим взять по стаканчику кофейку, вафли или печенье и посидеть прямо на Стрелке Васильевского острова. Волны шумят, речные трамвайчики снуют туда-сюда. А мы наслаждаемся беседой и горячим сладким напитком. И жизнь удивительно хороша!
Чай… Чудодейственное средство от печалей и обид. Нужно взять две кружки – да не какие-нибудь, а самые любимые: с Шерлоком и с Доктором Кто. Ну, точнее, с их фотографиями, конечно. Налить в кружки чай. Поставить обе кружки на старый блестящий поднос. Положить туда же пару конфеток, два йогурта, две ложки, два кусочка сдобной булочки. И достать из холодильника листики мяты и лимончик… И все печали становятся мельче, проще и как-то дальше. Жизнь сама собой налаживается за теплой беседой. А если еще и вместо люстры на кухне включить гирлянду или зажечь свечи, то и вовсе можно начать жизнь заново, с чистого листа, прямо сейчас...
Мама говорила ей: «С давних лет Есть легенда дальних племён, Будто бы любой человек В глубине души разделён. Властвуют над ним Свет и Тень: Белый волк и Чёрный второй. Изнутри души Ночь и День Шепчут тайны с разных сторон. И в душе тот волк победит, О котором больше забот: Кто накормлен будет и сыт, За собой тебя поведёт».
Там, за лесом, в дальнем краю, В лабиринте разных дорог Каждый выбирает свою – Будь ты Человек или Волк. Выбираем, кем же нам быть И за кем бежать через лес: В темноту тропу проложить Или греться светом небес. Это выбор каждого дня. Вновь и вновь стоят у дверей: Белый волк – светлее огня, Черный волк – темнее углей.
Есть в посиделках кухонных особенное счастье. Когда дожди осенние сплошным потоком льют, Когда пугает сыростью привычное ненастье, Все петербуржцы с радостью на кухнях кофе пьют, Сидят, зарывшись в пледики, откусывают бублики, На «Городскую» булочку намазывают сыр. И вспоминают прошлое, и говорят о будущем, Теплом носочков греются, заношенных до дыр. И обсуждают новости, и спорят об истории, Литературу новую обсудят невзначай. Какао с зефирюшками согреют в чашке новенькой, А, может, с мятой перечной заваривают чай.
Отчего-то люди стали видеть в дружбе Скрытые подтексты, тайную корысть. Мне же это кажется лишним и ненужным, Дружба тянет к солнцу, а сомненья — вниз.