Знаешь, в чём разница между жалостью и поддержкой? Когда тебя жалеют — люди просто поохают, поахают, согласятся, какая ужасная ситуация сложилась, и всё. А когда хотят поддержать — собираются вместе и решают, как эту ситуацию разрешить, неважно, эмоционального или материального характера. В твоём случае я могу поддержать тебя только морально — так сказать, «дать в ухо» словом. Но даже этого я не смогу сделать, если ты будешь отгораживаться от меня.
Мне видится опыт в образе разных одежд. И ты, пережив эту ситуацию и приобретя новые знания и опыт, больше не можешь носить свою старую одежду. Она стала тебе жать. Ты понимаешь, что от неё нужно избавиться и даже сняла её, вот только надеть новую не спешишь. Ты не знаешь, как будешь смотреться в новом наряде. Ты не знаешь, как воспримут тебя новую твои близкие, и опасаешься негативной реакции. На данный момент ты словно стоишь в нижнем белье возле шкафа в раздумьях — всё никак не можешь выбрать: то ли втиснуться обратно в старую одежду, несмотря на то, что она стала ужасно мала, то ли всё же решиться изменить свой имидж. И мой тебе совет: не тяни с этим, иначе рискуешь остаться в нижнем белье — незащищённая от взглядов и непогоды — навсегда. Но ты должна знать: истинные друзья примут тебя в «любых одеждах». А если тебе будет совсем тяжело — помогут выбрать «другой наряд». Они никогда не скажут, чтобы ты сначала изменилась, а потом пришла к ним. Если кто-то называет тебя другом, чтобы получить от тебя какие-либо преимущества — это уже не дружба, а выгода.
Определённо, чем более комфортная атмосфера окружает тебя, тем дольше тебе хочется оставаться в ней — и неважно, являются ли это иллюзии или какая-нибудь мания.
Порой это единственная возможность спастись, устоять на краю пропасти своей психики и не сойти с ума. Иногда только любовь помогает двигаться вперёд, к чему-то стремиться и чего-то добиваться. Так что никогда не отказывайся от неё по какой-либо причине. Рано или поздно пожалеешь об этом. […] Даже если тебе ответили отказом или, как мне, не ответили ничего — просто подожди, и ты получишь свою долю любви. Но это необязательно будет тот же человек, от которого ты её ждёшь.
Правда сама по себе эгоистична, и поэтому её постоянно наряжают в красивые одежды, чтобы не было этой голой, эгоистичной правды. Мы презираем и боимся эксгибиционизма не только в том, что касается тела, но и в отношении правды. А чего, собственно говоря, стыдиться? Нечего. Но правда слишком режет слух и глаза нежных, утончённых натур... Вот именно — натур, а не людей. Хочешь извиниться — извинись. И не ищи оправданий, чтобы этого не делать, даже если при этом будет задета твоя гордость.
Знаешь, я хочу, чтобы ты знал — я тобой восхищаюсь. Даже в самые страшные моменты ты держишь себя в руках и не теряешь голову. Ты особенный — по крайней мере, для меня. Правда. И знаешь, иногда я завидую сама себе. Завидую тому, что у меня есть ты — мой добрый гений. Человек, который может проникнуть в самую суть и, если это в его силах, помочь, не дожидаясь плакатов с просьбой о помощи. И я благодарю тебя за это. Благодарю за то, что в своё время стал частью моего мира и продолжаешь менять его к лучшему. И благодарю за то, что остаёшься со мной даже тогда, когда я превращаюсь в бледную, хнычущую поганку. Что будет дальше — я не знаю. Но как бы там ни сложилось — я за всё тебе благодарна.
Люди совсем как свечи. Некоторые поджигают погасшие, иные, израсходовав кислород чужой свечи, вспыхивают сами, приводя к погибели другую. Но есть и те, которые, пытаясь зажечь потухшую, гаснут сами…
Люди — это такие жестокие, эгоистичные твари, которые используют друг друга, но когда у них это не получается, совершают глупые, сиюминутные поступки, чтобы отомстить, переложить вину, унизить. А всё из-за того, что победители практически никогда не помнят противника. Но проигравший всегда помнит того, кто победил его. Потому что это занижает самооценку, портит настроение и не даёт чувствовать себя на высоте. Дискомфорт вновь и вновь поднимает вопрос: «Кто виноват?», а ответ снова и снова воскрешает лицо и имя того, кто победил.
А здесь, на улице, всё как всегда. Так было много лет назад, и так будет ещё не одно столетие. Ты стоишь, а люди куда-то спешат в обе стороны. Непрекращающийся поток. Иногда он немного замедляется, но потом набирает силу. Совсем как реки в разные сезоны. Здесь, в гуще толпы, так легко почувствовать себя невидимкой. Или свободным. Когда идёшь среди них, то спокойно можно думать о чём-то своём, и никто не потревожит тебя, поскольку они, так же как и ты, заняты своими мыслями.
Порой мне хочется схватить человека за волосы и окунуть в ведро с его собственным высокомерием, насладиться тем, как он захлёбывается иллюзией своей важности. Сколько людей осудят меня и назовут чудовищем? И сколько — улыбнутся украдкой, что я сделал то, о чём они только мечтали?
…я вырезаю на себе символы удачи и жду, что через боль в меня хлынет сила. Всё, что у меня есть, давно оценено: душу – за деньги, сердце – за любовь, разум – за овации. Погрузился в этот обмен так глубоко, что забыл главное: иллюзия приходит мгновенно, а расплата тянется вечностью. И каждый раз снова ищу ту мимолётную дозу мечты, как зависимый, который знает цену своей свободы и всё равно платит снова.
Неопределённость подобна лестнице: застываешь на промежуточном этаже, не зная, бежать вверх или вниз. И возникает смутное, гнетущее чувство — ощущение, что ступени тянутся бесконечно в обоих направлениях.
Намёки — это форма отрицания. Мы притворяемся, что ситуация «вполне сносна» и её можно «немного улучшить». Но за этим стоит горькая правда: происходящее нас категорически не устраивает, и поэтому мы хотим перемен.