Как я могу ожидать, что ты понимаешь меня Своим разумом или инстинктом, Когда я чувствую себя потерянным в эмоциональной чаще, Где я бреду один, как призрак.
Явился пред поэтом Бог Амур: «Чьим нежным женским сердцем наградить тебя, певец? — Игрой на лире пред богами на Олимпе эту плату заслужил ты!» «Юнец!» — изрёк в ответ поэт: «Мне раны не нужны доверчивых сердец, Утех я испытал сполна в объятьях глупых дур... Хочу познать я ласки Афродиты!»
Человеческая психология такова, что ей более интересны банальности, высказанные знаменитостями, нежели глубокие мысли, высказанные людьми мало известными.
Так часто и многие мне говорили, Что слова — серебро, а молчание сделано из чистого золота. Как Чацкий, я всегда говорил откровенно то, что я думаю. Неудивительно, что я действительно выглядел «несчастливым неудачником» в глазах всех этих «Молчалиных». Быть «Чацким» делает жизнь трудной. Это «Горе от ума», когда просто нравится служить, не облизывая задницу начальников!
Бессмертный принц продолжает возвращаться, чтобы заставить нас глубоко задуматься: Какой лучший выбор — прожить жизнь «как она есть» или бросить ей вызов смертью.
В сердце поэта живут две страсти, В его искусстве отражены две повторяющиеся темы. Это два персонажа из поэтического треугольника Шекспира: Темнокожая леди и светлокожий мужчина... Его обаяние деликатно, а она — поразительная королева красоты. Три жизни, три любви фатально запутались в цепях ревности... Сговорились ли тайно двое скрыто за спиной поэта, Предав его два раза, из-за чего его душа страдала?
Сердец двух юных первая любовь... Её воспел, боготворя, Шекспир. Пороку грязи вопреки — она как роза расцветает вновь и вновь, Её горенья трепет озаряет грешный мир.
Я бросил жребий, сжёг мосты и уничтожил переправу Ушёл, отринул, позабыл — по побужденью и по чести праву Я пересёк «Тhe line of no return», империю теней покинул И не рабам судить того, кто цепи рабства гордо скинул.