Лучшие в Лос-Анджелесе (L.A.'s Finest)

Победа — это праздный момент, когда человек наиболее уязвим.

— Честно говоря, в таком месте я бы не стал выходить из машины и поворачиваться спиной даже к напарнику. — Эй, я твой напарник. — В этом месте должна стоять табличка: «Убивать здесь».

Есть семья, в которой мы рождаемся, а друзья — это семья, которую мы выбираем.

— В жизни ты красивее, чем в прицеле. — Я слышала, прицел полнит.

— Новый напарник? — Нет, тот же. — Тот был черным. — А я цвета не различаю.

— Вес от 52 до 53,5 килограммов. Жуть! — Чувак может выглядеть, как подставка для микрофона, но все равно забодает.

Единственный способ выжить в этой жизни — продолжать двигаться вперед. Как большая белая акула.

— Я хотел поблагодарить тебя за то, что сделала все потихому, без шумихи. — Кажется, это впервые меня благодарят за арест.

— Вы уверены, что не стоит вызвать... какого-нибудь техработника? — Юные леди, я восстанавливала жесткие диски и писала коды, когда вы еще гонялись за мальчиками по школьному двору. <...> И вообще, как вы думаете, кто научил Бобика всему, что он знает? — Бобика?.. — Он был 68 см, когда родился. Он был похож на большую коричневую фасолину в подгузнике. Мама говорила, что он выходил долго, как платок у фокусника.

— Карлин еще где-то там. Мы не знаем, убили ее или нет. Может, они ее защищают? Мы никогда не узнаем. Сид, она пришла за моей семьей, и я просто... была такой беспомощной!... Я просто пытаюсь понять, как жить с этим незаконченным делом. <...> — Я не умерла тогда, в Майями, но уж точно перестала жить. И они не при чем, только я. Ты вернула мне то, что забрал у меня Уоррен. Семью. Да, я спасла Иззи, но ты спасла меня раньше. Они из-за всех сил пытались отнять у нас все. Но наша семья еще целя. То есть, мы победили.

Когда ты станешь прокурором — ты будешь обвинителем. Легко сказать, кто плохие парни. Но, если завтра ты захочешь стать политиком, тебе будет нелегко отличить добро ото зла.

То, что ты параноик — не значит, что ты неправ.

Нельзя продать семью, историю, воспоминания...

— Феерверки. Он возит их из Шанхая. Вы знали, что 93% феерверков в Америке — китайские? — Даже четвертое июля сделано в Китае!

Если у тебя есть кто-то, кого ты любишь, а потом он исчезает, как можно жить дальше, если ты остался один?

— Я знаю, что тебе сделал Габриэль Нокс, но он... — Даже я не знаю, что он мне сделал! У меня есть шрамы, медицинские записи, но ночью, закрыв глаза, я даже не вижу лицо этой задницы! — Лицо задницы?.. — В голове это звучало иначе.