Внутри Лапенко

Как говорится, кто дважды ошибается, тот единожды помирает.

Если хочешь найти крысу, надо думать, как крыса. Всё, начинаю думать, как крыса. О нет, лучше я, как... о... такие мысли крысиные пошли. О не, у них, у крыс, какие-то там очень пикантные всякие штуки в голове. Лучше так не думать.

Едешь, едешь... Смотришь в окошко. Лучше любого телевизора. Все постоянно меняется. Тут лесочек, там деревушечка. Можно бесконечно смотреть!

Как говорят американцы: кто много знает, тот пули глотает. Приятного аппетита.

Всё, что осталось от человечества, — здесь. Остатки ядерной жидкости — вот, чем питаются местные псы. Превратившись в столетних мутантов, они уничтожают кошачье население.

Мне больше делать нечего, кроме как делами заниматься тут!

Знаете, химическое оружие говорите, странно это, как я вообще здесь оказался. Я еще год назад даже и не думал о таком, какое оружие вообще, вы чего? Странно, что мы здесь сидим, что мы всё это обсуждаем, как мы вообще до такого дошли? Я не понимаю вот этого, как вообще человек, когда вот он рождается он же такой хороший, маленький, бегает, никому никакого зла не делает и вдруг раз — мы становимся вот такими, начинаем стрелять, что-то драться, с кем-то разбираться и придумывать какие-то химические оружия, а зачем они? Просто чтобы других людей убивать, а зачем это надо? Ну давайте делать химическое оружие, давайте всё дальше и дальше всё это, и до чего мы дойдем? Мы друг друга все искалечим и всё, зачем вам это всем надо? Неужели вам не хочется побегать спокойненько по полю, покупаться, нарожать каких-нибудь хороших себе много детей? Я вот, например, вообще хочу к особе, хочу с ней жить, дарить постоянно цветы, с ней всегда играть, нарожала чтоб она мне детей хочу, понимаете? Хочу с Лёшкой постоянно видеться, с ним тоже придумывать что-то, изобретать, производить какие-то разные вещи, даже если они никому и не нужны, понимаете? Но они хотя бы не приносят никому вред. Никакого химического оружия я делать не собираюсь, ясно?