— Утром мы с Тимати страшно поругались. Кажется, это я виновата. — Ещё бы, такая заноза. -*пихает рукой* — Ссоры неизбежны, и скорее всего вы будете спорить о чём-то до старости. Главное — помнить, что вы важнее ссоры.
— В жизни есть только одна вещь, способная утолить голод — это любовь. Заплатите за любовь как можно дороже: чем больше она вас разорит, тем богаче вы станете. Только надо сделать первый шаг. — А вы? Вы делали этот первый шаг? — Никогда, поэтому я и подыхаю! <...> Маргарита! Брак... брак — это как два вола в одной упряжке, если один вол умирает в стойле, завтра другой отказывается пахать и его отправляют на бойню. Маргарита! Впрягайтесь! Станьте таким волом для Фабриса! В двадцать лет к жизни надо относиться серьёзно, потом не получается! Щедрым надо быть, пока ты богат! — Но мы же всё время будем ссориться? — Это замечательно! — А если я начну скучать? — Тогда — ко мне...
У меня никогда не было ни этого ощущения, ни этой безумной мысли, которая была у них, что я женюсь, потому что я обещал жениться. Мне это даже в голову не приходило. Дело было не в том, что я что-то обещал; мы же были вместе, не имея бумажки и не будучи официально женатыми, но мы любили друг друга и уже были женаты, эмоционально. Я сказал: «Порядочно ли поступил бы муж, который оставил бы свою жену, узнав, что она больна туберкулезом?»
Все женщины Советского Союза были влюблены в Боярского и мечтали быть на месте мамы. Когда он выходил из подъезда, бросались под ноги: «Миша, Миша, я хочу от тебя детей! Миша!..» А мама даже ухом не повела ни разу. Она говорила: «И что? Ведь я — самая красивая, самая лучшая и прекрасная женщина на свете». И всё... Не поспоришь...
Они оба, влекомые непреодолимой Силой, сознательно двигались к браку, понимая сами в себе, что это только начало. А впереди их ждёт что-то неведомое, но необходимое им так же, как вода в пустыне.
И если первый месяц брака называют медовым, то первый месяц открытой любви, по всем правам, именовать можно нектарным, — это небосклон после грозы; светлый, но без зноя, прохладный без облаков.