Вещи ветшают и разрушаются медленнее, чем люди, намного медленнее. Старый роман или шелковый зонтик разве что чуточку запылится, тогда как рука, что держала эту книгу или зонтик, давным-давно истлеет.
Жизнь её, со всеми радостями и горестями, объяла мою так же легко и просто, как её красная шаль укрывала порой плачущего ребенка, переступившего порог её дома.
Жизнь людей – это бесконечное поле для наблюдений, где громоздится множество деталей, способных пролить свет на вашу собственную жизнь, словно шаг за шагом ища разгадку преступления.
Люди привыкают к определённым вещам, привязываются к ним, как к домашним питомцам, любят их не только за удобство использования, но порой и за то, что данная вещь стала свидетелем того или иного радостного события или, напротив, трудного периода в их жизни, который, к счастью благополучно завершился.
Как ладно скроен, сшит, Как крепко сделан человек! Рука, Плечо — весь мир ему под стать! И даль становится близка, Когда шагают ноги, ум не спит, На сердце благодать, И пустоту сумел, Как мышь, поймать всесильный человек, Средь множества небесных тел Узреть звезду, в песчинке — мир.
Сегодня есть ты, а завтра тебя сменит такой же, как ты. Ни торопливости, ни нетерпенья. Неиссякаем род людской. Вот тут была долина, а сегодня — гора. Там был холм, а нынче — ущелье. Окаменевшее море стало хребтом, а застывшая молния — озером.
В Восточной Бездне тонет Хуанхэ, А в Западной — полдневное светило. Что мы лучам, стремительной реке, Своим путем влекомым скрытой силой?! Уж я не тот, каким бывал весной, Я поседел к осеннему закату. Жизнь человека — не сосна зимой, Несут нам годы многие утраты… Мне б на Драконе к тучам улететь, Впивать в сиянье вечном солнца свет!
Las du triste hôpital, et de l’encens fétide Qui monte en la blancheur banale des rideaux Vers le grand crucifix ennuyé du mur vide, Le moribond sournois y redresse un vieux dos,
Она извечна в нас, потребность эта - искать разгадки звёзд, сердец, планет, блуждающих в потемках где-то и вроде не дающих света... Но те, кто всё же видит этот свет, кто даль разгадывает острым глазом, в ком умная душа, в ком добрый разум, - они и есть наш рост, размах, разбег, они и говорят, что Человек не для убийства и страданья стоит на пьедестале мирозданья.