29 сентября 2026, вторник
Раздел

Цитаты про фашизм

192 цитат

Цитаты про фашизм – подборка вдохновляющих фраз из книг, фильмов, песен и сериалов, а также афоризмы и высказывания великих людей.

Авторы по этой теме

Падение марки разрушило основы благополучия германской средней буржуазии, многие представители которой в своем отчаянии стали сторонниками новой партии и находили облегчение своему горю в ненависти, мести и патриотическом угаре.
Успехи Гитлера и его доктрин могут быть точно прослежены. В 1928 году он располагал всего 12 мандатами в рейхстаге. В 1930 эта цифра увеличилась до 107, а 1932 — до 230. К этому времени влияние и дисциплина национал-социалистической партии давали себя чувствовать уже во всем строе Германии; всякого рода запугивания, оскобления и зверства в отношении евреев приобрели широчайшее распространение.
В новой нацистской Германии меньшинствам суждено было убедиться в том, что у них нет никаких прав.
Для целей настоящего повествования необходимо лишь указать читателю на новый и страшный факт, перед лицом которого очутился все еще ничего не подозревающий мир: Германия была под властью Гитлера, и Германия вооружалась.
Всякий, кто осмелится выступить против установленной государственной власти, будет сурово наказан, какое бы положение он ни занимал.
Новый хозяин Германии не остановится ни перед чем и обстановка в Германии лишает ее всякого сходства с цивилизованным государством. Перед миром предстала диктатура, основанная на терроре, пропитанная кровью. В стране царил жестокий, разнузданный антисемитизм и уже действовала вовсю система концентрационных лагерей для всех нежелательных или политически инакомыслящих слоев населения.
Национал-социалистическая государственная система предназначена для одной-единственной цели, и в этом весь ее смысл: не допуская, безжалостно подавляя и искореняя всяческое противление и помехи, подготовить немецкий народ к «грядущей войне», превратить его в беспредельно послушную, не зараженную ни одной критической мыслью, слепую и фанатически невежественную военную машину.
— Владимир Гаков · книга
Самое трудное видеть в прицеле фашистов и не видеть людей. Когда прицел приближает — все становится личным, ты можешь разглядеть, как он уложил волосы, морщинки от смеха около глаз, обручальное кольцо на руке, сжимающей винтовку!..
В данной книге излагается совершенно новый взгляд на происхождение немецкого фашизма. М. Саркисянц доказывает, что многие истоки идей Гитлера кроются в имперской политике и идеологии Англии. Автор последовательно показывает, как колониальная политика Англии, ее имперские амбиции, отношение к расовому вопросу, принципы воспитания и образования повлияли на формирование идей Гитлера. Подробно рассказано об идеализации гитлеровского Рейха в консервативном истеблишменте Великобритании, об участии англичан во Второй мировой войне на стороне Германии. Автор анализирует также принципиальные различия в теоретических и практических подходах британских и германских расистов, обусловивших столь разную судьбу и оценку соответствующих исторических феноменов.
Дороги уходят на запад. По ним движутся войска, и голые весенние леса взбегают на холмы и спускаются с них. Снег тает, освобождая от своего синеватого покрова несчастную, освобожденную, наконец, землю. И такая печаль охватывает сердце, такая скорбь о погибших людях, об опустошенной земле, что, кажется, печаль эта, — глубокая, неистребимая, неутолимая, — как карающая десница, когда-нибудь поднимется над подлой страной, выкормившей этих выродков, которые сейчас, теснимые нами, всё дальше отступают по снежным дорогам, уходящим на запад.
В 1885-м Элизабет Ницше вышла замуж за злобного юдофоба, сделавшего антисемизм и ксенофобию своим призванием. Фёрстер собрал четверть миллиона подписей под петицией Бисмарку, требовавшей запретить въезд евреев в Германию и уволить их с государственной службы.
Людям порой приходится прятать людей от людей, Прятать от следующей вспышки плотоядных идей, Чтобы выжившие весь оповестили мир О тех идеях, что способны питаться людьми.
Я-то живу в Еврейском квартале, как он назывался до тех пор, пока господа гитлеровцы не расчистили его. Вот уж постарались!
— Альбер Камю · книга
вокруг меня столпились палачи. во мне теперь всё прежнее молчит в ответ на клевету, на ложь, на яд, но в этом ведь никто не виноват. по ком оскал, по ком хохочет он? мне раньше не был он вблизи знаком. теперь, когда кричит в упавшем боль, я слышу, как смеются за спиной. мне раньше грезилось, что всё это не так, что прочу я в девятый вал пустяк, что я ранимый чувственный поэт, которому задели гордость. нет. мне хочется спросить: когда же вы все превратились в молохов войны, когда в себе вы схоронили человека и все похожие на человечные черты? вам, верно, мясо нравится моё, из зависти вы б съели во мне всё, как принято в заветах дикарей и сумасшедших, если быть точней. всегда хохочет маска палача из века в век, за чернотой плаща утратил он лицо своё и всё, чем он когда-то был ещё спасён.
Гитлер говорил, когда мы будем проводить представителей покоренных народов через Берлин, они должны быть потрясены и подавлены величием наших монументов. Действительно, мяса много, груды мышц и никакой мысли. А из животного мира сохранились толька лошади. А вот особый случай: воин-завоеватель. Такие вот памятники только 30-метрового размера должны были стоять по границам нового рейха. На Урале, на Белом море, на Черном море и на вершинах Кавказа. И уже заготовлена статуя раба. То, что ожидало нас с вами.
Сорокачетырехлетний Шапотель, выпускник Сорбонны, стоял на страже закона до оккупации и сейчас продолжал это делать, потому что верил в закон и в предназначение государственной власти — устанавливать законы и обеспечивать их соблюдение. Общественный порядок, считал Шапотель, особенно во времена, подобные нынешним, превыше интересов отдельного человека.
— Роберт Дейли · книга