Цитаты на тему «философия» со смыслом

Я всё помышлял о том: кто это за меня когда-нибудь помолится? Есть ли в свете такой человек? Милый ты мальчик, я ведь на этот счет ужасно как глуп, ты, может быть, не веришь? Ужасно. Видишь ли: я об этом, как ни глуп, а всё думаю, всё думаю, изредка, разумеется, не всё же ведь. Ведь невозможно же, думаю, чтобы черти меня крючьями позабыли стащить к себе, когда я помру. Ну вот и думаю: крючья? А откуда они у них? Из чего? Железные? Где же их куют? Фабрика, что ли, у них какая там есть? Ведь там в монастыре иноки, наверно, полагают, что в аде, например, есть потолок. А я вот готов поверить в ад только чтобы без потолка; выходит оно как будто деликатнее, просвещеннее, по-лютерански то есть. А в сущности ведь не всё ли равно: с потолком или без потолка? Ведь вот вопрос-то проклятый в чем заключается! Ну, а коли нет потолка, стало быть, нет и крючьев. А коли нет крючьев, стало быть, и всё побоку, значит, опять невероятно: кто же меня тогда крючьями-то потащит, потому что если уж меня не потащат, то что ж тогда будет, где же правда на свете? Il faudrait les inventer (Их следовало бы выдумать — франц.), эти крючья, для меня нарочно, для меня одного, потому что если бы ты знал, Алеша, какой я срамник!.. — Да, там нет крючьев, — тихо и серьезно, приглядываясь к отцу, выговорил Алеша. — Так, так, одни только тени крючьев. Знаю, знаю. Это как один француз описывал ад: «J'ai vu l'ombre d'un cocher, qui avec l'ombre d'une brosse frottait l'ombre d'un carrosse» («Я видел тень кучера, которая тенью щетки чистила тень кареты» — франц.).

— Фёдор Достоевский · книга

Философствовать – значит оберегать внутреннего гения от поношения и изъяна, добиваться того, чтобы он стоял выше наслаждений и страданий, чтобы не было в его действиях ни безрассудства, ни обмана, ни лицемерия, чтобы не касалось его, делает или не делает чего-либо его ближний, чтобы на все происходящее и данное ему в удел он смотрел, как на проистекающее оттуда, откуда изошел и он сам, а самое главное – чтобы он безропотно ждал смерти, как простого разложения тех элементов, из которых слагается каждое живое существо. Но если для самих элементов нет ничего страшного в их постоянном переходе друг в друга, то где основания бояться кому-либо их общего изменения и разложения? Ведь последнее согласно с природой, а то, что согласно с природой, не может быть дурным.

— Марк Аврелий · книга

Философ, – писал он, – желающий изменить какой-нибудь дурной закон, не проповедует восстания против этого закона. Совсем иной характер у анархиста. Анархист отрицает самое существование закона, отвергает право закона приказывать нам, возбуждает людей к непризнанию в законе обязательного повеления и зовёт к восстанию против исполнения закона.

— Джереми (Иеремия) Бентам

Думаю, вселенная — это тоже своеобразный механизм. Не знаю, кто его создал, мойры, боги, Бог с большой буквы «Б» или еще кто. Но в целом он работает именно так, как задумывалось. Конечно, периодически какие-то детальки ломаются, их приходится менять, но по большей части... у всего происходящего есть свои причины.

— Рик Риордан · книга

Религия – это философия слабых. Философия – это религия сильных.

Спросив себя, а как можно судить, какой вопрос более настоятелен, чем другие, я отвечу: тот, который обязывает к действию. Мне неведомы случаи, когда бы шли на смерть ради онтологического доказательства. Галилей, обладавший весьма значительной научной истиной, легче легкого отрекся от нее, как только над его жизнью нависла угроза.

— Альбер Камю · книга

Спроси человека о его печалях и ты услышишь как бурлит полноводная река.

— Разборки в стиле Кунг-фу (Kung Fu Hustle) · фильм

Этот мир похож на нерешенное линейное уравнение – если вычислить значения всех переменных, случайности окажутся закономерностью.

— Ника Остожева · книга

Что, если время – это выдуманное людьми понятие, не имеющее места в реальном мире? Что, если будущее прописано в мельчайших деталях и постепенно открывается нашему взору, а мы наивно полагаем, что способны влиять на ход событий?

— Ника Остожева · книга

Бог открывает Себя миру, Он открывает Себя в пророках, в Сыне, в Духе, в духовной высоте человека, но Бог не управляет этим миром, который есть отпадение во внешнюю тьму. Откровение Бога миру и человеку есть откровение эсхатологическое, откровение Царства Божьего, а не царства мира. Бог есть правда, мир же есть неправда. Но неправда, несправедливость мира не есть отрицание Бога, ибо к Богу неприменимы наши категории силы, власти и даже справедливости.

— Николай Александрович Бердяев · книга

Если нельзя обладать всем, — ничто — вот подлинное совершенство.

— 8 с половиной (8 1/2) · фильм

Философия в сущности есть мудрость постижения мира, ее проблема — мир, только с ним она имеет дело, богов же оставляет в покое и надеется, что за это и ее боги оставят в покое.

— Артур Шопенгауэр

Ныне знание — синекура для профессоров философии, и овладеть им можно за восемь семестров.

— Эрих Мария Ремарк · книга

— ...что интересно, скептики и атеисты... Мы всегда ищем доказательства определенности. Но вопрос в том, чтобы мы делали, если бы нашли? — Мы? — О, да. Бывает время, когда я совсем перестаю верить. Днями, месяцами. Когда я понятия не имею во что я верю. В Бог или Дьявола. В Санта Клауса или маленькую фею. Но я всего лишь человек. Я слаб. У меня нет сил, но есть что-то, что продолжает рваться изнутри и скрести. Похожее на божий ноготь. И тогда я уже не могу терпеть боль. Я из тьмы оказываюсь снова на свету...

— Отец Лукас Тревент · фильм

Авторы по этой теме