Цитаты на тему «катастрофа»

Художественность катастрофы меня успокаивает.

Параноидальное недоверие... как и слепое доверие, приведёт только к катастрофе.

В моей жизни были две тяжелые катастрофы: одна – когда в меня въехал трамвай, а вторая – это Диего.

Ни одной катастрофы в жизни человечества не бывает попусту. Все они вызываются чрезмерным развитием ограниченного ума, нередко вступающего в сотрудничество с тёмными оккультными силами. Вступив в такое содружество, значительная часть людей начинает мечтать о подчинении мира своей власти, старается внедрить в современное им общество грубые и приземлённые идеи, убить дух и живой Огонь в человеке – и на земле назревает очередная катастрофа. При этом те слои человечества, сознание которых окостенело настолько, что утратило способность развиваться, Жизнь уводит на иные планы существования, давая им отдых, озаряя их окостенелое сознание новыми духовными волнами и снова возвращая на Землю как более гибкие и светлые формы, соответствующие процессу их личной и общечеловеческой эволюции. А люди, судящие всё с точки зрения «земной» справедливости, говорят: война, эпидемия, голод, землетрясение, наводнение, и так далее.

— Конкордия Антарова · книга

Научный прогресс, задача которого расширять границы наших познаний о мире, на самом деле — уничтожает его. Научно-технический прогресс не просто грозит катастрофой — катастрофа уже началась. Каким будет апокалипсис? Ответом является термин общеизвестный, <...> — это война!

— Питер Бишоп · сериал

Он был никто, и звать никак, Прислуживал, где мог, Завидовал достойным втихаря. Но лишь бездельник и дурак Не совершит рывок, Когда есть шанс залезть на трон.

Любая революция, на мой взгляд, это катастрофа. Большая или маленькая... то, что случилось в 1917 году, это грандиозная была катастрофа. <...> Тут вот была озабоченность — что мы молодёжи расскажем, и юным школьникам и студентам, вот моё предложение — давайте мы им расскажем, что нечего там праздновать. Любая революция — это катастрофа, для которой не нужны никакие, честно говоря, на мой взгляд, объективные, как нас учили историки, предпосылки и так далее, нужен слабый правитель, нужно слабое правительство, нужны сильные оппозиционеры, бодрые, которые всегда найдутся, и мы революцию можем организовать всегда, потому что для любой ситуации, хоть для сегодняшней, всегда найдется огромное количество лозунгов и тезисов — «почему так дальше жить нельзя!», надо обязательно устроить революцию и всё будет здо́рово. И сейчас огромное количество молодёжи, в принципе, и не только молодёжи, верует в то, что вот если мы сейчас свергнем антинародный режим — вот тогда заживём. Это же и сейчас есть. И, если рассуждать о будущем, не дай Бог, что у нас появится слабый правитель когда-то, который всё отпустит на... «пусть расцветают сто цветов», и случится то, что случилось когда-то. Поэтому, чтобы нам не получить эту проблему лет через восемь-десять, по разным причинам, — надо проклясть революцию. Я предлагаю её проклясть!

— Владимир Николаевич Сунгоркин

Людям интересно, когда все взрывается.

— Полночь в Париже (Midnight in Paris) · фильм

Мир, говорят, катится к катастрофе. Но единственная известная мне катастрофа – это возбужденный ум…

— Сандо Кайсен

Маяк серебристым свеченьем Выхватывал сердцебиение Существ, ощущавших свободу, Им было плевать на погоду. Земля уходила под воду Согласно законам природы, Жильцы интегральной планеты Смотрели сквозь пальцы на это.

В начале плавания я пообещал всех вас вернуть на землю. Но теперь я не могу этого сделать. Все мы пережили страшную катастрофу, потерю близких, родных, любимых, но нам надо проститься с тем миром, который мы знали, и жить дальше. Да, мы потеряли тех, кто нам дорог, но я уверен, что здесь, на корабле, друг для друга мы будем настоящей семьей. Давайте простим старому миру наши обиды и будем искать новый. Ведь именно на нас лежит ответственность за продолжение жизни. Жизни и цивилизации. Именно нам предстоит построить новый мир. Но чтобы это сделать, необходимо оставаться людьми, что бы ни случилось. У нас нет возможности похоронить тех, кого мы потеряли, но мы можем с ними проститься. А кто умеет, пусть за них помолится.

— Виктор Громов · сериал

Маленькие люди очень склонны объяснять постигшую их катастрофу причинами высшего порядка.

— Бертольд Брехт · книга

Армия Брейниака разрушила наш мир. Тысячи погибли, ещё больше людей остались без крова. Президент Кейн попросил меня возглавить аварийно-спасательные работы, и я не смог ему отказать. Мне пришлось оставить Лигу Справедливости в опытных руках Барри и Хэла: вместе они превратят молодых героев в армию добра, которой ещё не было на Земле. Но я лишь частично отошёл от дел — всё это время я готовился к возвращению Супермена: Кал-Эл поклялся, что сбежит из Фантомной Зоны. Было бы глупо счесть его слова пустой угрозой.

— Брюс Уэйн (Бэтмен)

— А что случилось с Вами? — Катастрофа. Не хуже удара молнии. Каждая клеточка моего тела изменилась. — Тогда почему Вы до сих пор живы? — Я и не жива. Я зомби.

Покарав Брейниака за преступления, я вызвал непредвиденную катастрофу — его корабль отключился после его смерти. Погибли миллиарды собранных им душ. Я не знал, что их можно было восстановить. Их гибель вызвала такой мощный гнев, что мои Красные Фонари пришли в ужас. Они изгнали меня с Исмолта. Они убили бы меня, если бы не Прозелит... Эмоциональная сущность проявила сострадание, а не гнев, когда я совершил чудовищную ошибку. Теперь я понимаю, что в палитре эмоций должен быть Порядок. Гнев моих Красных Фонарей покарает самых отъявленных негодяев, но он не должен слепо поглощать тех, кто заслужил сострадания.

— Атроцитус

Однако на Всемирном экономическом форуме в Давосе (Швейцария) политики и руководители корпораций ломали головы, размышляя о ситуации в мире, которая казалась насмешкой над всеми законами здравого смысла. Это явление окрестили «давосской дилеммой». По словам Мартина Вульфа, колумниста газеты Financial Times, суть этой дилеммы — «контраст между успешной экономикой и сомнительной политикой стран всего мира». Он писал, что экономика «перенесла серию потрясений: кризис фондового рынка после 2000 года; шок терактов 11 сентября 2001 года; войны в Афганистане и Ираке; разногласия относительно действий США; скачок цен на нефть, подобного которому не было с 1970‑х; приостановка переговоров ВТО в Дохе; столкновения по поводу ядерных планов Ирана», — но при всем этом экономика «переживает золотой период повсеместного роста». Иными словами, мир превращается в ад, нигде нет стабильности, а в это время глобальная экономика торжественно возвещает о своем существовании. Некоторое время спустя бывший министр финансов США Лоренс Саммерс говорил о «практически полном отсутствии связи» между политикой и рынком: «Это напоминает Диккенса: стоит поговорить с экспертом по международным отношениям, и видишь, что ты живешь в самые мрачные времена. А затем ты поговоришь с потенциальными инвесторами, и оказывается, это наилучший период в истории».

— Наоми Кляйн · книга

Авторы по этой теме