Не по дням ты рос, а по часам, воражён цыганкою, Стала молоком тебе роса, стала степь полянкою. Помню, как набегаешься всласть, да гулять замаешься, Скачешь как чумной на коновязь, да в пыли валяешься.
— Опасная штука это ваше фланкироварение... — Ага. Скачки тоже опасны, но не настолько. — Жизнь вообще ужасная штука, от нее все в конце концов умирают…
Утром выйду в поле я, там земля намолена, Там слагали головы деды-казаки. Помолюсь средь морока, за друга и ворога, Да чтоб покрылись оловом злые языки.
— В Сибири можно убивать. — Царь не осудит... — Насиловать и разорять. — Закона не будет... — Но часто в предрассветной тьме - — Никто не забудет! — Нас Сибирцы резали во сне! — Их головы рубить на лету, На скаку Никто лучше меня не умел.
А кто не поклонился царю И кресту... (Ох, Сколько я сибирской крови пролил!) — Их приучали к хлысту и кнуту. Таких я лично разорил - Чтобы царь меня простил.