Цитаты про наказание со смыслом

Отцы не должны быть наказываемы смертью за детей, и дети не должны быть наказываемы смертью за отцов; каждый должен быть наказываем смертью за своё преступление.

Монарху надо быть выше обвинений в жестокости, необходимой для безопасности страны и собственной персоны. Это должно войти в плоть и кровь, чтобы, не дрогнув, нанести удар, даже по самым близким, если они виновны.

Не вправе наказывать ребенка тот, кого ребенок не любит.

Добро всегда наказуемо.

— ... Разве в Библии ты не носишься повсюду, убивая людей? Ты совершенно не соответствуешь представлениям о тебе. — Я понимаю, как, должно быть, все это сбивает тебя с толку. Но если здесь кто-то притворяется, то это ты. Я тот, кто Я есть. И Я не собираюсь соответствовать чьим-то представлениям. — Но ты хочешь, чтобы я поверил, что ты Бог, а я просто не вижу... — Мак не знал, как ему завершить фразу, поэтому замолчал. — Я не прошу тебя ничему верить, Я только хочу сказать, что этот день показался бы тебе гораздо милее, если бы ты просто принял то, что есть, вместо того чтобы пытаться подогнать действительность под какие-то свои предвзятые убеждения. — Но если ты Бог, разве это не ты выливала целые ушаты гнева, швыряла людей в огненное озеро? — ... — Если честно, разве тебе не доставляет удовольствия наказывать тех, кто тебя разочаровал? При этих словах Папа бросила свою работу и обернулась к Маку. Он увидел в ее глазах глубокую грусть. — Я не то, что ты обо мне думаешь, Маккензи. Мне нет необходимости наказывать людей за грехи. Грех уже сам по себе наказание, пожирающее тебя изнутри. И моя цель не в том, чтобы наказать за него, моя радость — исцелить от него.

Постарайтесь, насколько это возможно, прощать других за ошибки. Однако если вы видите, что поведение человека действительно антисоциально, вы должны изменить его характер, предприняв в случае необходимости самые суровые меры. Помните, что сам человек не является для вас врагом, но его поведение враждебно вашему обществу.

Слово «западло» пришло из блатного жаргона и означает нарушение воровского закона. Например, в местах лишения свободы западло крысятничать (красть у своих). На казанских улицах это слово имело похожее значение и буквально обозначало «не по понятиям». За это жестоко наказывали, вплоть до отшивания из группировки.

Земное правосудие часто бывает бессильно, – воскликнул я, – но я умоляю правосудие небесное, умоляю справедливую жизнь, которая никогда не прощает, умоляю все высшие законы, под властью которых живет человек, – да не избежит виновный заслуженной им беспощадной кары! Кары!

Охотился... преследовал... разыскивается... По зверю и возмездие.

Божьи не сразу трут жернова, но трут они мелко.

В житейском мире не несут наказания грешники, но не получают награду и праведники.

Начало гордости – удаление человека от Господа и отступление сердца его от творца его; ибо начало греха – гордость, и обладаемый ею изрыгает мерзость; и за это Господь посылает на него страшные наказания и вконец низлагает его.

Тех, кому случится читать эту книгу, прошу не страшиться напастей и уразуметь, что эти страдания служат не к погублению, а к вразумлению рода нашего. Ибо то самое, что нечестивцам не дается много времени, но скоро подвергаются они карам, есть знамение великого благодеяния. Ибо не так, как к другим народам, продолжает Господь долготерпение, чтобы карать их, когда они достигнут полноты грехов, не так судил Он о нас, чтобы покарать нас после, когда уже достигнем до конца грехов. Он никогда не удаляет от нас Своей милости и, наказывая несчастьями, не оставляет Своего народа.

Война не началась, война заканчивается. И тот, кто не знал, что она началась и давно идёт, тот просто сволочь. <...> Проклятый майдан — корень и вина всего происходящего. Не надо искать виноватых на стороне. Виноват майдан и те, кто его устроили. <...> Между посевом и жатвой должно пройти время. Посеяли восемь лет назад — жните. А как вы хотели? Если бы посеяли вчера, а пожали сегодня, то конечно бы хватило и котячего ума понять — за что получаешь. Но поскольку посеяли давно, то уже забыли за что. Ещё Соломон сказал: «Между посевом и жатвой происходит время, поэтому сыны человеческие не понимают смысла наказания». Между делом и плодом, между благом и наградой, между грехом и наказанием проходит время. И мы забываем и поэтому не спешат исправляться сыны человеческие. <...> Будьте спокойны и знайте — ни на миллиметр Бог не отступил от Церкви своей и от людей своих. <...> Господь знает, как своих избавлять, и Господь знает, как приводить на суд, тех кто этого суда заслужил. <...> Ни один русский никогда не спел песню «убивайте украинцев», а «москаляку на гиляку» мы наслушались досыта. Но мы никогда таких песен не пели, да и петь не будем никогда — мы же не дураки, мы люди Божии. <...> Поэтому, братья и сестры, кто может радоваться войне — только бессовестный человек. Это скорбь, это беда, это крест, это тяжесть. Это переживания, это слезы, это молитва. Но есть вещи, которые не делать нельзя. Никто из нас не ругает хирургов за то, что они делают больно больному для того, чтобы он исцелился. И многое другое совершается в жизни, когда хочешь-не хочешь — а надо. А неприятно — а придется. А может не надо? Надо. Больно, конечно же, не нужно было бы, лучше было бы по-другому — но вы не захотели. <...> Как любой конфликт, как любая беда, эта беда пройдется по сердцам, по семьям. Как это всегда бывает, одни скажут: «Что вы, что вы…», другие скажут: «Ну, а что вы хотели? К этому шло. А вы, что, не знаете, что это продолжается очень долго?» Там столько крови уже пролито за эти последние, повторяю, восемь лет. Но люди, которые облечены властью и силами, должны делать свое дело до конца. Здесь отворачиваться уже нельзя, шаг вперед-шаг назад — так не получится. Надо идти до конца, до логического финала и до полного завершения всего этого свинского безобразия, начавшегося восемь лет назад. <...> Мы никого не называем врагами, кроме дьявола. Мы будем молиться Богу и переживать о наших братьях и сестрах по обе стороны конфликта. <...> Милосердный Христос да помилует, да очистит, да укрепит тех верных своих по именам. А Господь верных своих знает.

Падающая десница если и не карающая, то непременно дерзкая, угрожающая.

Если только боязнь наказания, а не отвращение к преступлению, должна удерживать нас от правонарушений и несправедливости, то нет несправедливых людей, а люди злые – только неловки. Если нами не руководит чувство чести, если мы порядочны только потому, что усматриваем в этом свою выгоду, – мы хитрые, но не честные люди. Что станет делать впотьмах тот, кто боится только свидетелей и судей? Как поступит он, встретив в уединенном месте слабого человека, имеющего при себе много золота, которое он легко может отнять? Если вы честны и справедливы от природы, вы приблизитесь к этому несчастному, заблудшемуся, окажете ему помощь, выведете на дорогу. Но не трудно предвидеть, как поступит тот, который ничего не делает для других и все измеряет собственным интересом.