Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…
Full many a glorious morning have I seen Flatter the mountain tops with sovereign eye, Kissing with golden face the meadows green, Gilding pale streams with heavenly alcumy,
Однажды муж Феи-Радуги, Грозный Гром, крепко повздорил с воителем-Солнцем о том, кто из них сильнее. Долго спорили они друг с другом, и ни один не мог убедить другого в своей правоте. В конце концов так они распалились, что дело дошло до драки. Раскричался, расшумелся Гром, застучал в барабан. Запалил факел молний, и тогда солнце, испугавшись, уступил ему. И тут бы Грому остановиться, но нет. Слишком разгорячился вспыльчивый муж Феи-Радуги. До того рассвирепел он, что перепугал Небо, и оно заплакало горькими слезами. Все пытались успокоить Грома. И Солнце, которое не видно уж было из-за согнанных овец-туч. И тётушка-Небо… И Земля с Ветром. Да всё было тщетно. И тогда Фея-Радуга, отчаявшись остановить своего грозного супруга, вдруг затанцевала. Платье её, алое, васильковое и золотое, закружилось прекрасным цветком на фоне серого мира. И до того она была красива, что разом успокоился грозный Гром, а все, кто видел тот танец, сказали в один голос, что прекраснее ничего не видели. С тех пор по просьбе Грома, Солнца и Неба всякий раз, как только муж её гневается, успокаивает его Фея-Радуга своим прекрасным танцем. И на земле наступает мир…
Сегодня — ангел, завтра — червь могильный, А послезавтра только очертанье.. Что было поступь — станет недоступно... Цветы бессмертны, небо целокупно, И все, что будет, — только обещанье.
– … посмотри на это небо в персиковых переливах. Видишь? Там уже появляются звёзды. А как красиво выглядят чёрные верхушки сосен на их фоне… – Тебе нравится на севере, да? – Да, Амала. Я влюблён в него.
Ты, волна моя морская, Своенравная волна, Как, покоясь иль играя, Чудной жизни ты полна! Ты на солнце ли смеешься, Отражая неба свод, Иль мятешься ты и бьешься В одичалой бездне вод — Сладок мне твой тихий шёпот, Полный ласки и любви, Внятен мне и буйный ропот, Стоны вещие твои. Будь же ты в стихии бурной То угрюма, то светла, Но в ночи твоей лазурной Сбереги, что ты взяла. Не кольцо, как дар заветный, В зыбь твою я опустил, И не камень самоцветный Я в тебе похоронил — Нет, в минуту роковую, Тайной прелестью влеком, Душу, душу я живую Схоронил на дне твоем.
Медленно ночь улиц усыпляет и снится небу: Снег, снег, снег, зима за облакам, мечты твои чисты — я знаю. Снег, снег, снег летит с небес не тая, ты рядом хочешь быть — я знаю.