Жизненные цитаты на тему «одежда»

Одежда должна быть подчинена личности женщины, а не наоборот.

У меня правило: глупо тратить на тряпки больше, чем нужно.

Для того чтобы любить зиму, особенно в детстве, нужно не так уж и много. Непромокаемый комбинезон, санки и горка. Всё. Обеспеченные этим нехитрым набором могут радоваться жизни не только летом.

Мне сказали, что я одеваюсь как проститутка, я лишь добавила, как первоклассная проститутка!

На самом деле, многие женщины одеваются не для мужчин, а чтобы покрасоваться и вызвать зависть у других женщин.

Cегодня люди намного дешевле, чем их одежда.

Как легко мы судим о людях, чья одежда нам не по вкусу.

Есть одежда, будто нарочно придуманная с целью стать всеобщим мировым мерилом. К примеру – джинсы. Конечно, есть разница между пошитыми во Вьетнаме в четвертую, неофициальную смену «Wrangler» и украшенными стразами от Сваровски «Dolce&Gabbana» (пошитыми, впрочем, все в том же Вьетнаме или в соседнем Таиланде). Но если отбросить крайности, то джинсы носят мужчины и женщины, миллионеры и нищие, манекенщицы и обладатели пивных животов. Отец когда-то мрачно сказал мне, что Советский Союз развалили джинсы, точнее, их отсутствие. Не знаю, может, он и прав, не представляю, как без джинсов можно вообще жить! Я даже думаю, что джинсы – это та вещь, которой Америка на Страшном Суде будет оправдываться за «кока-колу» и гамбургеры.

Настоящий благородный и в обносках остается им.

Под самой нелепой одеждой всегда скрывается неисправимый романтик.

Люблю, когда много карманов, когда одежда такая заношенная, что кажется собственной кожей, а не чем-то, что можно снять.

К сожалению, одежда интересует меня, только если в ней кто-то есть.

Накрахмаленные рубашки и свежевычищенные костюмы очень-очень неплохо прикрывают кучу грехов.

Нет ни одной женщины в мире, которая бы не просыпалась утром, не смотрела в зеркало и не думала бы о том, как одеть себя.

Некоторые люди говорят — одевайся как для работы, которую хочешь иметь. Я говорю — одевайся как человек, которым хочешь стать.

Жаль, что совесть, как одежду, невозможно разгладить.