Для грешников, которые умирают тотчас после покаяния, очищением служат молитвы Церкви и молящихся за них, а те, которые еще живы, сами должны очищаться исправлением жизни и милостынею, покрывающею грехи.
Ежели в душевных недостатках приемлется покаяние, смирением растворенное, то в телесных немощах покаяние и самоукорение еще более имеют место. Св. Лествичник приводит слова: «Не постихся, ни бдех, ни на земли возлегах, но смирихся, и спасе мя Господь». Начните, помолившись Богу, вкушать пищу в пост с елеем. Если же нужда потребует по нездоровью вашему и большего, то в виде лекарства можете употреблять и большее. Представьте со смирением немощь вашу Господеви, и силен Он устроить все во благое.
День Тайной Вечери – Великий Четверток. Все обязательно готовимся стать причастниками Тела и Крови Спасителя, участниками Тайной Вечери. И дай, Господи, с легкостью в сердце, с чистой совестью, с сокрушенным духом покаяния, подойти к Господу, чтобы не осудил нас Господь за недостойное причащение, аки Иуду. Но помянул всех нас, грешных, Господь во Царствии Своем!
Быть может, в то время, когда мы осуждаем нашего согрешившего ближнего, он давно в слезах и в сокрушении сердца раскаялся пред Богом и испросил у Него прощения. Быть может, осуждая ближнего, мы делаемся орудием клеветников, которых диавол научил говорить на ближнего ложь, чтобы посеять между христианами смуту и нестроение.
Что пользы от покаяния, когда некоторые падают ниц в храме, прося прощения грехов, а выйдя из храма, готовы преследовать ближних своих, устами приносят покаяние, а в сердце таят злобу и мщение? Просят прощения у Господа, не смирив своей гордости, не поправ своего самолюбия и тщеславия и не испросив прощения у оскорбленного брата своего!
Как драгоценно время этой жизни! Каждая минута имеет великую цену, потому что за одну минуту мы можем столько всего передумать! Потому что один помысл по Богу возводит нас на небо, а один диавольский помысл низводит в ад. Вот, стало быть, какую цену имеет одна минута в настоящей жизни. Но, к сожалению, мы не помышляем об этом, и без пользы проходят минуты, дни и целые годы. Разве только без пользы? Какой вред все мы претерпели, первый я, и не замечаем того! Но однажды, когда наша душа выйдет из тела, мы увидим это, хотя, увы, будет уже поздно. Исправлению тогда уже нет места. Мы должны осознать, понять это сейчас, когда можем положить начало. Будем использовать драгоценное время нашей жизни, и действительно блажен тот, кто понудит себя и положит начало, ибо однажды он окажется богатым душевно.
Истинная молитва есть голос истинного покаяния. Когда молитва не одушевлена покаянием, тогда она не исполняет своего назначения, тогда не благоволит о ней Бог. Он не уничижит «дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно» (Пс. 50, 19).
Как я ни согрешу иногда по действу диавольскому, например, с враждою к брату отнесешься из-за чего-нибудь, хоть бы даже из-за правого дела, и весь расстроишься, и брата вооружишь на себя, и таинство святое совершишь недостойно, – не по небрежению вольному, а по неготовности и действу диавольскому. Однако, по раскаянии все Владыка прощает, – особенно по достойном причащении Святых Таин: как снег или волна убелишься Кровию Христовою, мир пренебесный будет обитать в сердце твоем, и легко-легко тебе будет на сердце, блаженным сделаешься. Забудешь все возмущения, тревоги и тесноту диавольскую: совсем новым сделаешься, и как будто из мертвых воскреснешь! Не отчаивайтесь, братие, какие бы грехи вы ни сделали: только сердцем сокрушенным и духом смиренным покайтесь. Слава милосердию Твоему, Господи! Слава долготерпению Твоему, Господи!
Еще его Исповеди отличались одной важной особенностью. Если человек начинал застревать на исповеданном грехе, на своей ошибке, слишком смущался и, выражаясь современным языком, комплексовал, то отец Илия тут же переключал внимание на что-то другое, мог сказать что-то не относящееся к Исповеди, переводил беседу на другую тему. Он руководствовался принципом, что если человек пришел на Исповедь и уже озвучил свой грех, то дальше всё это мусолить и заниматься самоизъеданием смысла нет. Ибо Господь прощает человека ради его покаяния, пусть и при самой немногословной Исповеди, при самых кратких словах.
Ничто так не противно кающимся, как смущение от раздражительности, потому что покаяние требует великого смирения, а раздражительность есть знак великого возношения.
Первым действием нашим должны быть сознание и исповедание согрешений наших, оставление греховной жизни, вступление в жизнь по евангельским заповедям. Душой молитв наших и прочих благочестивых подвигов должно быть чувство покаяния. От полноты убеждения мы должны считать себя недостойными любви, недостойными имени сынов и дщерей Божиих. «Сотвори мя», – говорит кающийся блудный сын, – «яко единого от наемник твоих», трудящихся на ниве покаяния, под надзором грозного приставника – страха. Не будем искать того, приобретение чего зависит не от нас, для чего мы еще не созрели. Доколе, подобно упоминаемому в Евангелии сотнику, находимся «под властию»; доколе нами преобладают грех и падшие духи, будем свидетельствовать и исповедовать с благоразумным сотником: «Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши, но токмо рцы слово, и исцелеет отрок мой»(Мф. 8, 8). Ты пречист и пресвят, почиваешь в одних чистых и святых; но я, оскверненный, «несмь достоин, да внидеши под кров мой».
Помни: мирские красота и сладость — ложные; умрёт тело твоё — обратятся они в гной. Бог — Источник всякой подлинной красоты и благ, Его люби. Сотворён ты Им и в Его благодеяниях, как в одежде, ходишь; Его благодари и славь, помни наготу свою. И покаяние — тоже дар Его тебе.