Цитаты на тему «принятие решений»

«Скучно жить, мой Евгений! Куда ни странствуй, всюду жестокость и глупость скажут: здравствуй!» И не только жестокость и глупость, но ещё и вопиющее, потрясающее лицемерие. <...> А что касается газа... Ну нет у вас газа! Нечем вам топить! Вы замёрзнете! Десятки тысяч британских пенсионеров гибнут от холода каждый год, каждую зиму в собственных домах и так. Это их собственная статистика. Они считают хорошим достижением, когда погибло двадцать тысяч за зиму, потому что люди вынуждены выбирать между тем, ему что-то купить себе поесть или оплатить свой дом, свою квартиру. Они не могут платить и погибают, замерзают насмерть в Великобритании. Что вы устроили? Зачем? Сами на свою голову.

Часто в попытке избежать негативных последствий и чувств мы боимся совершать важные шаги и тянем с принятием решения, стараясь отвлечься. Так как хотим быть в безопасности и испытывать только приятные эмоции. Подобное бегство может и приносит облегчение сейчас, но в долгосрочной перспективе все только усложняет, потому как теряется контроль над ситуацией. И человеком впоследствии движет мотив отвлечения, нежели необходимости заняться решением.

Он вышагивал решение, причем мне кажется, что он не думал в этот момент ни о чем, просто шел себе и шел, а оно в нем вызревало.

Когда людям приходится размышлять о трудных вопросах — например, о том, нужно ли поднять минимальную заработную плату, — как правило, они сначала склоняются к одному или другому решению и лишь потом обращаются к рациональным доводам, чтобы выяснить, подкрепляется ли ими их выбор.

Бич человечества — это леность мысли. Ты хочешь что-то понять в жизни — тебе приходится пользоваться мозгом. Тебе нужно себе формулировать вещи. Тебе нужно вдумываться в слова, не ждать, что тебе принесут решебник, а самому учиться создавать в своем мозге извилины.

Менеджмент — это как лыжи. Вы не станете суперлыжником, прочитав книгу по лыжам. Менеджменту учатся со временем, когда приходится управлять все большей и большей группой людей, принимать все больше и больше трудных решений и жить с этими решениями.

В падающих системах принимаются неадекватные решения. Это закон мировой истории.

Ты знаешь, у меня в детстве для таких случаев был способ. Я себе представлял, что ко мне приходят фашисты, но не для того, чтобы «хенде хох», а с благородной миссией, помочь мне разобраться в моём внутреннем мире. Светят мне в лицо и задают вопрос, на который я сам себе не могу ответить. Не могу докопаться до правды, там... «Кого ты больше любишь, Марину Штурманову из «8 В» или Яну Мищенко из «9 Б»? Если скажешь правду, мы тебя отпустим, а нет — расстреляем». А они эту правду почему-то знают, ну, фашисты. И я так вдруг собираюсь и понимаю... Яну Мищенко! «Молодец, русский Иван...»

Нет никаких сомнений, что какой-то выбор лучше, чем его отсутствие, но из этого не следует, что много вариантов выбора лучше, чем немного.

Судьба — это путь, который определяется последствиями наших принятых решений.

Решай, Волкодав, решай сам, никто тут тебе не подсказчик. И отвечать тоже сам будешь, ни на кого, кроме себя, не надейся.

— Еще один урок тебе, Сашка. Слабые не могут выбирать. — Выбирать что? – нахмурился я, с трудом вырвавшись и отступив на шаг. — Ничего, – хохотнул Мейсон. – Выбор – это решение. А для любого решения нужна сила. И чем сложнее и важнее решение, тем больше силы для него нужно.

— О чем ты думал, давая вексель такому типу, как Сантино Де Антонио? — По другому я не мог соскочить тогда. — Оу. Ты это называешь «соскочить»?

Все решения, принятые в прошлом, неминуемо влияют на наше будущее.

Вы там, где Вы есть, и тот, кто Вы есть, благодаря себе, благодаря принятым Вами решениям и сделанным выборам.

Иногда надо принимать решение, за которое тебя все возненавидят, потому что иначе будет ещё хуже.