Цитаты на тему «признание в любви»

— Я люблю тебя... — Спасибо. — Это не тот ответ, которого я ждал. — Большое спасибо?

— Я — Мэт! Я пришел, чтобы найти своё прекрасное видение. Я люблю тебя так, как никто никогда не любил! Без тебя я одинок, как бродячий пёс на обочине дороги! Когда твой День Рожденья?! Я накуплю тебе мягких игрушек! Мы будем вместе ходить по магазинам и вместе готовить! Если при парковке ты наедешь на бордюр, клянусь, я не стану острить по этому поводу! Я научусь мыть унитаз каждую неделю, а если захочешь — сам поменяю! Футбол я вычеркну из своего словаря! Я люблю тебя!

– Я люблю огонь зимой. Как будто назло горит. Что вы молчите? – Я, Сашенька, при Вас несколько глупею. Хочется говорить одни только умные вещи. И обязательно афоризмами. – Мне, знаете, тоже хочется быть очень умной и оригинальной. Чтобы вы не сразу поняли, какая я на самом деле дура. – Смотрите, месяц молодой. Загадывайте. – Загадала. – А у Вас глаза красивые. – Правда? – Конечно. – Ну да, еще кончик носа дёргается. Хм... – Хм... Загадали? – Я загадала, чтобы Вы влюбились в меня. – Сашенька, вот если люди были вместе очень долго. Вечность. А потом один из них вдруг взял и уехал. Да так, чтобы обязательно вскорости вернуться, тогда как? – Максим Максимыч... Я же не княжна Мэри. И... я как-то пережила две революции, пять лет войны, так что... Вы не бойтесь! Вы мне прямо говорите! А то я Бог весть что подумаю. Знаете, Максим Максимыч, когда-нибудь вы очень пожалеете, что не разрешили мне быть рядом с вами. – Я знаю. – Женщина должна быть дурой, тогда её ждет счастье. – Это Вам кто сказал? – [улыбается] Я сама придумала! – Это неправда. Это слова мужчины. [Пауза] Сашенька, я никогда никого не любил. Даже издали. Потому что для меня главное всегда было моё дело. Оно требует всей моей любви, всего сердца, ума, иначе буду делать его вполсилы. Тогда незачем огород городить. Так я считал. – Вы продолжаете и теперь так считать? [Пауза] Максим Максимыч. Я поцелую вас, Максим Максимыч, можно? [Целует его горячо несколько раз в щеку]. Я готова пойти за Вами, куда позовете. [Гладит её по голове] Я буду рядом в голоде, ужасе и боли. [Целует ее].

Я вас, люди, не понимаю. Если вы любите кого-то, вы боитесь, чтоб он узнал об этом. Но когда оказывается, что вы ему тоже небезразличны, вы жалеете о потерянном времени. А если завтра ваша планета взорвется?

Эта девочка – бандитка, милая улыбка, Туфельки на кроссы после учебы сбросит, Дерзкая проказница, нежно-мило дразнится, Я в погоне за тобой-ой-е-ей...

— Это я. Мне подняться? — Я спускаюсь. [снова звонит домофон] — Что еще? — Я люблю тебя, Эмили. — Извини, я не расслышала. — Я люблю тебя. — Можешь сказать это еще раз? — [кричит] Я люблю тебя! — Не нужно кричать.

Очень важно говорить о своих чувствах тому, кого любишь, потому что никогда не знаешь, когда их можно потерять, или когда они потеряют тебя.

Я верю в одну вещь. Всегда нужно признаваться в любви тому, кого любишь.

Я люблю вас. Я знаю, что леди в этом не признаются. Но я не леди и не хочу притворяться.

Мардж, не хочу тебя пугать, но, кажется, я тебя люблю...

Однажды вечером, читая в отцовской библиотеке, я наткнулся на историю прекрасного юного рыцаря, безумно влюбленного в принцессу. Она тоже влюблена в него, хотя, кажется, не вполне осознает это. И вопреки дружбе, завязавшейся между ними, а может, вследствие этой самой дружбы, он чувствует себя беспомощным и безгласным перед ее обезоруживающей искренностью, и совершенно не способен завести разговор о своей любви. И вот как-то раз он спрашивает ее напрямик: «Что лучше: признание или смерть?» Мне бы никогда не хватило смелости задать такой вопрос.

Сначала Ты вошла в мой сон. Ритм моего сердца изменился. Потом вошла в мою жизнь. И жизнь поменялась. А теперь Ты в моем сердце. Моя душа изменилась. Осталась одно место, куда Ты не вошла... и это — мой дом. Войди и туда. Пусть изменится наше будущее. Выходи за меня...

Женщина не должна говорить мужчине о том, что любит его. Об этом пусть говорят её сияющие, счастливые глаза. Они красноречивее всяких слов.

— Я люблю тебя, — неожиданно сказал Генри и привлек меня к себе. Я мгновенно забыла о Чарльзе. Генри обычно не был расточителен на слова о любви. За последние два месяца он произнес это ровно три раза, и каждый раз, когда он это говорил, я ужасно смущалась. Единственно правильная реакция на его слова была бы: «Я тебя тоже люблю», но я так и не смогла это вымолвить. Не потому, что я его не любила. А потому, что это не имело столько смысла, сколько его спонтанное «я люблю тебя».

Я сильно заболел тобой. Лекарств нет. Искать не буду. Я буду болеть. Всю жизнь.

— Молви ещё раз, ты не демон?! — Иван Васильевич, я вам сто раз уже говорил, кто я такой! Не демон я! — Ой, не лги! Царю лжешь! Не челoвечьим хoтением, но бoжьим соизволением царь есмь! — Очень хорошо! Я прекрасно понимаю, что вы царь, Иван Васильевич. — Увы мне, Ивану Васильевичу! Увы мне, кудесник!