Спорить с любимым человеком – это изысканное самоистязание. Твоё эго обращается против себя самого. Любовь выжигает его своей фрейдистской противоположностью. А если побеждает смерть, а любовь умирает, кого это волнует? Только тебя – ты в ярости и готов к безумствам. Пока не наступит истощение. Вы оба знаете или надеетесь, что в конце концов вы придёте к примирению, хотя на это могут уйти дни и даже недели. И вы предчувствуете, какую огромную нежность и блаженство принесёт с собой этот чудесный момент. Так почему же не сделать этого прямо сейчас, зачем так долго ждать, зачем растрачиваться на ярость? Но так никто не может. Вы катитесь под уклон, потеряв контроль над чувствами и над будущим. В итоге, когда вы окажетесь в самом низу, вам потребуются неимоверные усилия, чтобы загладить каждое недоброе слово. И вы получите прощение не раньше, чем совершите подвиг самоотречения.
Сейчас больше половины семей разводятся. Это говорит о том, что супруги не хотят понести крест – жертвовать собой, терпеть охлаждение чувств, служить, заботиться, охранять уже сложившийся брак так, чтобы согрелось сердце другого человека, временно к тебе охладевшее или даже изменившее тебе, с тем чтобы все-таки удержать брак. Для этого требуется истинная любовь. Простить и самому не отвечать холодностью на холодность, а может быть, даже отчуждением на отчуждение и ни в коем случае не считать брак парой перчаток. Это дар от Бога, который надо хранить.
Нам следует научиться прощать себя. Скажите так: «В прошлом я совершил ошибку, но больше это не случится. Я человек, поэтому способен исправлять ошибки».
Осень в природе – это время созревания плодов, время сбора урожая. И каждый из нас, к осени своей жизни, должен стать богатым плодами любви к Богу и ближнему, украсить и обогатить себя делами милосердия, сострадания, неосуждения, прощения обид и безгневия. В каждом из нас должны созревать то смирение и кротость духа, при которых христианин не знает зависти и превозношения, гордости и злобы.
Светлую заутреню 1956 года я встретил в Москве у стен храма Новодевичьего монастыря. Народу было так много, что войти внутрь было нельзя, и я стоял в толпе снаружи около открытого окна. Видно, моя грешная судьба – всё стоять только «около церковных стен», из ночи греха видеть горящий огнями храм, только издали слышать Божественные песни. Но слава Богу за всякую Его милость... Прощение! Великое прощение снова, еще раз дается этой толпе, этому городу и всему миру.