Говорят, когда закрывается одна дверь, открывается другая. Что ж... сегодня одна из дверей закрылась навсегда. Это была длинная ночь — причём, не у меня одного. Пострадали не только мы с Мией, но и Бэйкеры тоже. Из-за этой твари они стали такими. Теперь Эвелина мертва, а эти ребята [люди Рэдфилда] явились прибраться. Я ведь тогда только смирился с уходом Мии, а теперь она вернулась. И хочет начать всё с чистого листа. Может, это и есть открытая дверь — для нас двоих?
Молитве гордого и гневливого не только не внимает Бог, но и попускает молящемуся в таком душевном устроении различные унизительнейшие искушения, чтобы, ударяемый и угнетаемый ими, он прибег к смирению перед ближним и к любви ближнего.
Кто, придя ко мне, нисколько не хочет дожидаться и лезет вперед всех, у того не может долго держаться в памяти то, что я ему говорю. В другой раз спрашивает и опять забывает. А кто, придя для объяснения своих нужд, с терпением и смирением пережидает других и предпочитает их себе, у того каждое слышанное им слово напечатлеется в сердце, и он целую жизнь будет помнить то, о чем ему однажды было сказано.
Познав на личном опыте спасительность смирения, старец стремился научить этому и своих духовных детей. На самый насущный вопрос каждого человека: «Как жить, чтобы спастись?» – старец давал такие шутливые ответы: «Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда дело наше будет верно, а иначе будет скверно», или «жить можно и в миру, только не на юру, а жить тихо». «Мы должны, – говорил еще старец, – жить на земле так, как колесо вертится – чуть только одной точкой касается земли, а остальными непременно стремится вверх; а мы как заляжем на землю, так и встать не можем». С первого взгляда простые и шутливые слова, но какой глубокий смысл содержится в них.
Мудрость Божия нас исцеляет, а наше маловерие мешает нам излечиться духовно. Мы можем только смиряться перед тем, что Господь нам дает, и радоваться тому благу и тем наказаниям, которые Он посылает, потому что через это Он нас учит Царствию Небесному. Но мы Ему не верим – мы не верим, что нельзя грубить, и поэтому грубим; не верим, что нельзя раздражаться, и раздражаемся; мы не верим, что нельзя завидовать, и часто кладем глаз на чужое и завидуем благополучию других людей. А некоторые дерзают завидовать и духовным дарованиям от Бога – это вообще грех страшный, потому что каждый от Бога получает то, что он может понести. Неверие – это удел не только людей, которые отрицают Бога; оно глубоко проникает и в нашу жизнь. Поэтому мы часто пребываем в унынии, в панике, не знаем, что нам делать; нас душат слезы, но это не слезы покаяния, они не очищают нас от греха – это слезы отчаяния, потому что мы забываем, что Господь все видит; мы злимся, ропщем, негодуем...
Промысел Божий нам непостижим, потому попущает тебе быть больным, конечно, или к наказанию, или к испытанию, а может быть, и предупреждению от каких-либо грехопадений и удержанию в границе смирения.
Во всякий момент имей себя ниже всех; будь готов терпеть смиренно, как заслуженное, насмешки, укоры, выговоры, искушения, лишения; до последнего издыхания считайся всех худшим – при вере, твердой надежде на милосердие Божие, при покаянии.
Подлинный ужас — это безнадежная мучительная вечность. Господь Иисус Христос и пришел спасти от нея человека. Каково смирение, которое явил Он ради бесценно дорогой Ему души! Я же — червяк. Велик, и Свят, и Жив Господь Бог!
Монахов того времени отличали великая вера и простота. Хотя большинство из них были малограмотны, благодаря своему смирению и подвижническому духу они непрестанно просвещались Духом Святым. В наше же время, когда познания столь умножились, логика, увы, подвинула веру с ее оснований, наполнив души людей вопросами и сомнениями. Следующим же шагом будет то, что мы лишимся чудес, потому что чудеса нужно переживать, а не объяснять логически.
Творя Господнюю молитву По чёткам триста и пятьсот, Стараясь в сердце её вникнуть, Я сердцем слышу: удалось Согреть не только тело бренно, Сколь ум и душу возбудить, И падать ниц пред Ним смиренно, И слезным помыслом молить, Чтоб сохранил тепло благое На целый день, на длинный путь, Чтоб мог я милостивой волей Исполнить заданный мне труд. Но сокрушенье наступает, Едва коснусь упругих дел. Накал молитвы остывает Под градом сатанинских стрел, Под видом помыслов о славе, О благочестии в труде, Смирения в дрянной оправе, Сочувствия в чужой беде…О Боже Правый, Милосердный, Услыши вопль моей души, Избавь от помыслов зловредных, Мое зазнайство сокруши! И сохрани тепло молитвы В моей душе на всякий миг. Когда повеет холод липкий, Начнёт тускнеть Твой светлый Лик.
Например, женщина живет с мужем. Постоянно кается в одних и тех же грехах, что она злится, с мужем ругается, его оскорбляет и не может от этого избавиться. Я говорю: «Милая моя, не ищи в муже недостатки, а ищи их в себе, потому что если не будет твоего мужа, будет кто-то другой и будет то же самое до тех пор, пока не смиришься. Как только смиришься, все прекратится». Она отвечает: «А я не могу». Потрудиться не хочет.