Ребёнок родившийся у еврейки, уже автоматически ей должен... — Ну господи, нет больше сил это терпеть. Сима, что ваш Ёсик пытается так натужно выдавить из этой скрипки? — Семён Лазарович, если вы не умерите пыл вашего сарказма, то вы пересушите мне всё бельё. Ёсик играет «Осень» Вивальди. — Ну конечно, «Осень»... А я думаю, почему у меня вянут уши. Вот... — С утра у меня было плохое предчуствие, и вот оно сбылось. Семэн, что у вас такое случилось, что вы включили эту сирену? — А вы. что не видите? Это второй раз умирает Вивальди в руках этого юного дарования.
— Может, партейку в шахматы? — Ну естественно, а то зачем я бы шёл против этой какофонии. Кстати, Семэн, что вы сегодня фантазируете себе, кто сегодня выиграет, вы или сильнейший? — Вы знаете Лёня, сдаётся мне что впервые в истории шахмат, под эти звуки, мы проиграем оба. — Семён, если вы, так будете плохо говорить о моём ребёнке, он сыграет на ваших похоронах. — Сима, да я за ради бога поприсутствую, если это будет забесплатно. Только умоляю, положите меня в последний ряд... Лёня, вы случайно не знаете, есть ли в нашем доме немцы? — Откуда бы такая радость? Конечно, нет. — Тогда кому мстит этот мальчик?! Ёсик, давай я дам тебе сто рублей, чтоб хотя бы оплатить твой получасовой отдых. — Ёсик. Никого не слушай, играй. Поднимем до трёхсот...
— Вы его слушаете? — Конечно же, нет. Я давно уши закрыл шахматами. — Так, послушайте оба сюда. Моисея тоже никто не слушал, и посмотрите, что в результате получилось? — А — я-яй, женщина. Что вы там себе планируете? Чтобы мы терпели это сорок лет? И да, Симочка, вас устраивает, что получилось? Боже, люди! Зовите сюда скорей мистера Гиннеса. Пусть бежит со своей книгой, ему есть что записать. У нас тут первая в мире довольная еврейка!
— Здравствуйте, пожалуйста, а вот и полиция. Предъявлять ничего не нужно, я сам сейчас вам всё предъявлю. Шо тут у вас происходит? Люди из соседних кварталов жалуются на ужасные звуки. — О! Ёсенька, в городе о тебе уже заговорили. Играй громче. — А вы не видите? Тут происходит звуковой геноцид, нашего и без того многострадального народа. И какое, я извиняюсь, случилось цунами, что столь занятого господина принесло к нам прямиком из внутренних органов? — Всё дело в том, что вчера какие-то шлимазлы, украли-таки пианино из соседнего дома. Вот у такого же юного маэстро. — Да вы шо? Ах, Лёня, в этой жизни везёт только соседям! Это точно! Скажите, господин капитан. а могу я вас попросить, за вот эту теперь вашу бумажку? — Конечно, можете, смотря в чём суть вопроса? Всенепременно передам. Если не сойду с ума раньше... — Вот не могли бы вы, если внезапно найдёте этих благодетелей, предложить им, что в нашем дворе, есть неплохой вариант по скрипочке?
— Здравия не желаю, желаю мирового господства. — И вам шалом, участковая силовая структура. — Граждане, а шо вы тут за митинг делаете? — Как вы можете видить шейгец, просто стоим в лифте. А куда идёте вы из своих внутренних органов? — А у меня наконец-то происшествие, ваша супруга Сарочка, как бы таки сказать помягче Леонид сильно просит объявить вас в розыск. Ибо взял у неё деньги на ёлку и, видимо, пошли в лес. Вот иду брать заявление о пропаже человека, незаконном обогащении и порче лесного богатства. — Прошу, если будете иметь счастье видеть мою супругу раньше меня, может передадите ей эту ёлочку? — Нет, нет, шо вы. Я таки хочу когда вы найдётесь, она была хоть чему то рада.