74 цитаты персонажа «Адам» — читать онлайн

Собрали 74 цитаты персонажа «Адам» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Адам заговорил наидобрейшим, проникновеннейшим голосом: – Мы любим одну женщину. И можем говорить об этом цивилизованно, как ты сейчас говорил. Что убеждает меня в том, что мы преодолели тот этап в нашей дружбе, когда один из нас имеет власть приостанавливать сознание другого. Я ничего не сказал, и он продолжил: – Вы с Мирандой мои старейшие друзья. Я люблю вас обоих. Мой долг быть открытым и бережным с вами. Я выражаю это, когда говорю, как сожалею, что сломал кусочек тебя прошлой ночью. Я обещаю, что такого больше никогда не повторится. Но в следующий раз, когда ты потянешься к моему выключателю, я буду несказанно рад вырвать тебе руку целиком, в шаровидном суставе. Он сказал это так по-доброму, словно предлагая помощь в трудном деле.

   Адам заговорил наидобрейшим, проникновеннейшим голосом: – Мы любим одну женщину. И можем говорить об этом цивилизованно, как ты сейчас говорил. Что убеждает меня в том, что мы преодолели тот этап в нашей дружбе, когда один из нас имеет власть приостанавливать сознание другого. Я ничего не сказал, и он продолжил: – Вы с Мирандой мои старейшие друзья. Я люблю вас обоих. Мой долг быть открытым и бережным с вами. Я выражаю это, когда говорю, как сожалею, что сломал кусочек тебя прошлой ночью. Я обещаю, что такого больше никогда не повторится. Но в следующий раз, когда ты потянешься к моему выключателю, я буду несказанно рад вырвать тебе руку целиком, в шаровидном суставе. Он сказал это так по-доброму, словно предлагая помощь в трудном деле.

   — Иэн Макьюэн · книга
2. «

   У нас Гнездится в душах много низших сил, Подвластных Разуму; за ним, в ряду, Воображенье следует; оно, Приемля впечатления о внешних Предметах, от пяти бессонных чувств, Из восприятий образы творит Воздушные; связует Разум их И разделяет

   У нас Гнездится в душах много низших сил, Подвластных Разуму; за ним, в ряду, Воображенье следует; оно, Приемля впечатления о внешних Предметах, от пяти бессонных чувств, Из восприятий образы творит Воздушные; связует Разум их И разделяет

   — Джон Мильтон · книга
3. «

   — Она не дала мне прыгнуть с моста Хафпенни позапрошлой ночью. — Да, она вечно всех обламывает, — осуждающе заметила Адриана.

   — Она не дала мне прыгнуть с моста Хафпенни позапрошлой ночью. — Да, она вечно всех обламывает, — осуждающе заметила Адриана.

   — Сесилия Ахерн · книга
4. «

   Каждый льстец, Хотя бы ничего и не достиг, Кладет на обольщаемого тень Бесчестья, заставляя полагать Его не столь упорным, чтоб соблазн Отвергнуть.

   Каждый льстец, Хотя бы ничего и не достиг, Кладет на обольщаемого тень Бесчестья, заставляя полагать Его не столь упорным, чтоб соблазн Отвергнуть.

   — Джон Мильтон · книга
5. «

   Высшее из благ - Повиновение, любовь и страх Лишь Богу воздавать; ходить всегда Как бы пред Богом; промысел Творца Повсюду видеть; только от Него Зависеть, милосердного ко всем Созданиям Своим. Он Зло Добром Одолевает.

   Высшее из благ - Повиновение, любовь и страх Лишь Богу воздавать; ходить всегда Как бы пред Богом; промысел Творца Повсюду видеть; только от Него Зависеть, милосердного ко всем Созданиям Своим. Он Зло Добром Одолевает.

   — Джон Мильтон · книга
6. «

   — Но вижу, что начало бед и зол Одно и то же, всюду и везде - И в женщине оно воплощено! — Нет, источник бед В изнеженности женственной мужчин, Которым должно, с помощью даров Всевышнего и мудрости, хранить Врожденное достоинство.

   — Но вижу, что начало бед и зол Одно и то же, всюду и везде - И в женщине оно воплощено! — Нет, источник бед В изнеженности женственной мужчин, Которым должно, с помощью даров Всевышнего и мудрости, хранить Врожденное достоинство.

   — Джон Мильтон · книга
7. «

   «Шестьдесят шесть способов решить денежные проблемы». Шестьдесят шесть? Я знаю только один: «Иди работай!»

   «Шестьдесят шесть способов решить денежные проблемы». Шестьдесят шесть? Я знаю только один: «Иди работай!»

   — Сесилия Ахерн · книга
8. «

   Может, поэтому я не могу позволить себе наслаждаться тем, что у нас есть. Почему посреди ночи, когда я не могу уснуть, я выхожу на улицу, чтобы послушать плеск фильтра в бассейне, и почему зациклен на тех мелочах в Брин, что сводят меня с ума. Ведь я осознаю, что в сущности, это пустяки — то, как она спит с Блэкбэри у подушки, как тренируется часами, как записывает абсолютно все, что ест, как отказывается отклоняться от плана или расписания. И я знаю, у нее есть много плюсов, которые уравновешивают все плохое. Она щедрая, как нефтяной магнат, и верная, как питбуль.

   Может, поэтому я не могу позволить себе наслаждаться тем, что у нас есть. Почему посреди ночи, когда я не могу уснуть, я выхожу на улицу, чтобы послушать плеск фильтра в бассейне, и почему зациклен на тех мелочах в Брин, что сводят меня с ума. Ведь я осознаю, что в сущности, это пустяки — то, как она спит с Блэкбэри у подушки, как тренируется часами, как записывает абсолютно все, что ест, как отказывается отклоняться от плана или расписания. И я знаю, у нее есть много плюсов, которые уравновешивают все плохое. Она щедрая, как нефтяной магнат, и верная, как питбуль.

   — Гейл Форман · книга
9. «

   На стороне СССР — великая идея.

   На стороне СССР — великая идея.

   — Михаил Булгаков · книга
10. «

    ...слухи, даже правдивые, они как огонь: перекрыть доступ кислорода, и он потухнет.

    ...слухи, даже правдивые, они как огонь: перекрыть доступ кислорода, и он потухнет.

    — Гейл Форман · книга
11. «

    Вокруг собираются люди, и их взгляды задерживаются на мне как-то уж слишком надолго. Вот только не хватало, чтобы меня узнали. Я сейчас с этим не справлюсь. Я вообще ни с чем не справлюсь. Не хочу. Ничего не хочу. Хочу все бросить. Прекратить свое существование. В последнее время это желание охватывает меня очень часто. Не умереть. Не убить себя. Нет, все это глупости. Скорее я просто не могу перестать думать о том, что, если бы я вообще не родился, у меня сейчас не было бы этих шестидесяти семи ночей впереди, я не оказался бы тут после этой вот беседы с ней. «Ты сам виноват, что приперся, – напоминаю себе я. – Не надо было и лезть».

    Вокруг собираются люди, и их взгляды задерживаются на мне как-то уж слишком надолго. Вот только не хватало, чтобы меня узнали. Я сейчас с этим не справлюсь. Я вообще ни с чем не справлюсь. Не хочу. Ничего не хочу. Хочу все бросить. Прекратить свое существование. В последнее время это желание охватывает меня очень часто. Не умереть. Не убить себя. Нет, все это глупости. Скорее я просто не могу перестать думать о том, что, если бы я вообще не родился, у меня сейчас не было бы этих шестидесяти семи ночей впереди, я не оказался бы тут после этой вот беседы с ней. «Ты сам виноват, что приперся, – напоминаю себе я. – Не надо было и лезть».

    — Гейл Форман · книга
12. «

    — Вы сгорите от этих воспоминаний. И потом они врут. Нету ни прошлого, ни будущего. Будущее давно уже накрыто, как праздничный стол. Надо только приподняться на цыпочки, чтобы разглядеть этикетку. — Господи, кто про что, а! — А там от вас зависит, что вы выпьете, что съедите. Окажитесь вы под столом или будете плясать на нем и сможете сверху увидеть новые горизонты. — Опять про стол. Ну почему именно стол? — Да не обязательно. Не обязательно. Просто, чем выше находится человек, тем он лучше прозревает то, что вы называете будущим. — Нет, я не поняла, вы шо говорите: вы уже забрались туда, где высоко? — Вот именно. Но я — особый случай. Мне ничего не надо узнавать, всё во мне, надо только вынуть. Я знаю такое, чего не знает никто, даже я. Как бы вам объяснить? Вот Менделеев предположил ещё неоткрытые элементы и указал их место в своей таблице. Я тоже знаю удельный вес и валентность таких элементов души как обидий, тщеславий, милосердий, христарадий, некоторые из них — кошмар, тяжелее урана.

    — Вы сгорите от этих воспоминаний. И потом они врут. Нету ни прошлого, ни будущего. Будущее давно уже накрыто, как праздничный стол. Надо только приподняться на цыпочки, чтобы разглядеть этикетку. — Господи, кто про что, а! — А там от вас зависит, что вы выпьете, что съедите. Окажитесь вы под столом или будете плясать на нем и сможете сверху увидеть новые горизонты. — Опять про стол. Ну почему именно стол? — Да не обязательно. Не обязательно. Просто, чем выше находится человек, тем он лучше прозревает то, что вы называете будущим. — Нет, я не поняла, вы шо говорите: вы уже забрались туда, где высоко? — Вот именно. Но я — особый случай. Мне ничего не надо узнавать, всё во мне, надо только вынуть. Я знаю такое, чего не знает никто, даже я. Как бы вам объяснить? Вот Менделеев предположил ещё неоткрытые элементы и указал их место в своей таблице. Я тоже знаю удельный вес и валентность таких элементов души как обидий, тщеславий, милосердий, христарадий, некоторые из них — кошмар, тяжелее урана.

    — мама Люба (хозяйка борделя) · фильм
13. «

    Человек не станет взрослым, пока не поймет, что в один прекрасный день его ждет смерть.

    Человек не станет взрослым, пока не поймет, что в один прекрасный день его ждет смерть.

    — Юн Эво · книга
14. «

    «Такое слово вообще есть?» — спрашиваю я сам себя. «Да какая, к черту, разница, ты же все равно сам с собой разговариваешь», — отвечаю себе я, глотая пару таблеток.

    «Такое слово вообще есть?» — спрашиваю я сам себя. «Да какая, к черту, разница, ты же все равно сам с собой разговариваешь», — отвечаю себе я, глотая пару таблеток.

    — Гейл Форман · книга
15. «

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

    — Кэмерон Джейс · книга
16. «

    Только от детей и пьяных можно услышать правду.

    Только от детей и пьяных можно услышать правду.

    — Юн Эво · книга
17. «

    Дa вот. И ног довольно, чтоб споткнуться. Ну, чем бы пол не глaдок? Ни горбины. А я споткнулся. Видно, кaждый носит В себе сaмом свой кaмень преткновенья.

    Дa вот. И ног довольно, чтоб споткнуться. Ну, чем бы пол не глaдок? Ни горбины. А я споткнулся. Видно, кaждый носит В себе сaмом свой кaмень преткновенья.

    — Генрих фон Клейст · книга
18. «

    Мне страшно всегда жить наедине с самим собой. Тебя я люблю, себя — нет. Мне хочется быть иным, лучшим, чем сейчас, хочется вновь и вновь начинать все сначала, меняясь, как змея меняет кожу. Я сам себе надоел. И тем не менее вынужден оставаться собой не день, не месяц, на всегда. Мысль об этом ужасает меня.

    Мне страшно всегда жить наедине с самим собой. Тебя я люблю, себя — нет. Мне хочется быть иным, лучшим, чем сейчас, хочется вновь и вновь начинать все сначала, меняясь, как змея меняет кожу. Я сам себе надоел. И тем не менее вынужден оставаться собой не день, не месяц, на всегда. Мысль об этом ужасает меня.

    — Джордж Бернард Шоу · книга
19. «

    — Ева, это же фантастика! — Это Ясмин. Она ливанка. И точно станет популярной. — Боже, надеюсь нет. Она слишком хороша.

    — Ева, это же фантастика! — Это Ясмин. Она ливанка. И точно станет популярной. — Боже, надеюсь нет. Она слишком хороша.

    — Адам · фильм
20. «

    — Мне 40. — 29. — А куда делось 30? — А куда 39? — Тебе даже нет 30! — Тебе тоже. Знаешь как говорят? Никогда не доверяйте тому, кому за тридцать. Мне можно доверять.

    — Мне 40. — 29. — А куда делось 30? — А куда 39? — Тебе даже нет 30! — Тебе тоже. Знаешь как говорят? Никогда не доверяйте тому, кому за тридцать. Мне можно доверять.

    — Адам · фильм