«Александр Пушкин» в 29 цитат

29 цитат персонажа «Александр Пушкин» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Твердо уверенный, что устарелые формы нашего театра требуют преобразования, я расположил свою трагедию по системе Отца нашего Шекспира.

   Твердо уверенный, что устарелые формы нашего театра требуют преобразования, я расположил свою трагедию по системе Отца нашего Шекспира.

   — Виктор Кунин · книга
2. «

   Не дай бог хорошей жены, хорошу жену часто в пир зовут. А бедному-то мужу во чужом пиру похмелье.

   Не дай бог хорошей жены, хорошу жену часто в пир зовут. А бедному-то мужу во чужом пиру похмелье.

   — Виктор Кунин · книга
3. «

   Общественная безопасность ничем у нас не обеспечена! Справедливость — в руках самоуправцев. Над честью и спокойствием семейств издеваются негодяи! Никто не уверен ни в своем достатке, ни в свободе, ни в жизни. Судьба каждого висит на волоске, ибо судьбою управляет не закон, а фантазия любого чиновника.

   Общественная безопасность ничем у нас не обеспечена! Справедливость — в руках самоуправцев. Над честью и спокойствием семейств издеваются негодяи! Никто не уверен ни в своем достатке, ни в свободе, ни в жизни. Судьба каждого висит на волоске, ибо судьбою управляет не закон, а фантазия любого чиновника.

   — Виктор Кунин · книга
4. «

   Труд непризнанный, но безустанный, углубленный и одинокий — вот ответ художника на торопливые хулы читателей и задорные насмешки журналистов.

   Труд непризнанный, но безустанный, углубленный и одинокий — вот ответ художника на торопливые хулы читателей и задорные насмешки журналистов.

   — Леонид Гроссман · книга
5. «

   Мой ангел, ваша любовь — единственная вещь на свете, которая мешает мне повеситься на воротах моего печального замка...

   Мой ангел, ваша любовь — единственная вещь на свете, которая мешает мне повеситься на воротах моего печального замка...

   — И с вами снова я... · фильм
6. «

   В России нет закона. А — столб, и на столбе — корона.

   В России нет закона. А — столб, и на столбе — корона.

   — Михаил Булгаков · книга
7. «

   В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать, Вы мне советуете други, Рассказ забытый продолжать. Вы говорите справедливо, Что странно, даже неучтиво Роман не конча перервать, Отдав уже его в печать, Что должно своего героя Как бы то ни было женить, По крайней мере уморить.

   В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать, Вы мне советуете други, Рассказ забытый продолжать. Вы говорите справедливо, Что странно, даже неучтиво Роман не конча перервать, Отдав уже его в печать, Что должно своего героя Как бы то ни было женить, По крайней мере уморить.

   — Виктор Кунин · книга
8. «

   Душа моя; недоступное для всех, всех, всех, хранилище моих помыслов, куда ни коварный взгляд неприязни, ни предупредительный родственный взор не могут проникнуть.

   Душа моя; недоступное для всех, всех, всех, хранилище моих помыслов, куда ни коварный взгляд неприязни, ни предупредительный родственный взор не могут проникнуть.

   — Семён Степанович Гейченко · книга
9. «

   Пусть же остерегутся от худшей клички те чиновники, которые собираются направлять поэзию по каким-то собственным руслам, посягая на ее тайную свободу и препятствуя ей выполнять свое таинственное значение.

   Пусть же остерегутся от худшей клички те чиновники, которые собираются направлять поэзию по каким-то собственным руслам, посягая на ее тайную свободу и препятствуя ей выполнять свое таинственное значение.

   — Андрей Аникин · книга
10. «

    Не вызывай меня ты боле К навек оставленным трудам, Ни к поэтической неволе, Ни к обработанным стихам. Что нужды, если и с ошибкой И слабо иногда пою? Пускай Нинета лишь улыбкой Любовь беспечную мою Воспламенит и успокоит! А труд и холоден и пуст; Поэма никогда не стоит Улыбки сладострастных уст.

    Не вызывай меня ты боле К навек оставленным трудам, Ни к поэтической неволе, Ни к обработанным стихам. Что нужды, если и с ошибкой И слабо иногда пою? Пускай Нинета лишь улыбкой Любовь беспечную мою Воспламенит и успокоит! А труд и холоден и пуст; Поэма никогда не стоит Улыбки сладострастных уст.

    — Виктор Кунин · книга
11. «

    Самое глупое ругательство получает вес от волшебного влияния типографии. Нам всё еще печатный лист кажется святым. Мы всё думаем: как это может быть глупо или несправедливо? ведь это напечатано!

    Самое глупое ругательство получает вес от волшебного влияния типографии. Нам всё еще печатный лист кажется святым. Мы всё думаем: как это может быть глупо или несправедливо? ведь это напечатано!

    — Виктор Кунин · книга
12. «

    Эта гидра, это чудовище — самоуправство административных властей, развращенность чиновничества и подкупность судов России. Россия стонет в тисках этой гидры поборов, насилия и грабежа, которая до сих пор издевается даже над высшей властью.

    Эта гидра, это чудовище — самоуправство административных властей, развращенность чиновничества и подкупность судов России. Россия стонет в тисках этой гидры поборов, насилия и грабежа, которая до сих пор издевается даже над высшей властью.

    — Виктор Кунин · книга
13. «

    Всякая строчка великого писателя становится драгоценной для потомства.

    Всякая строчка великого писателя становится драгоценной для потомства.

    — Андрей Аникин · книга
14. «

    Что можем наскоро стихами молвить ей? Мне истина всего дороже. Подумать не успев, скажу: ты всех милей; Подумав, я скажу всё тоже.

    Что можем наскоро стихами молвить ей? Мне истина всего дороже. Подумать не успев, скажу: ты всех милей; Подумав, я скажу всё тоже.

    — Виктор Кунин · книга
15. «

    Без политической свободы жить очень можно; без семейственной неприкосновенности невозможно.

    Без политической свободы жить очень можно; без семейственной неприкосновенности невозможно.

    — Виктор Кунин · книга
16. «

    В уединении мой своенравный гений Познал и тихий труд, и жажду размышлений.

    В уединении мой своенравный гений Познал и тихий труд, и жажду размышлений.

    — Виктор Кунин · книга
17. «

    Наша общественная жизнь — грустная вещь. Это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всякому долгу, справедливости и истине, это циничное презрение к человеческой мысли и достоинству — поистине могут привести в отчаяние.

    Наша общественная жизнь — грустная вещь. Это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всякому долгу, справедливости и истине, это циничное презрение к человеческой мысли и достоинству — поистине могут привести в отчаяние.

    — Виктор Кунин · книга
18. «

    Есть бог, значит есть и черти.

    Есть бог, значит есть и черти.

    — Семён Степанович Гейченко · книга
19. «

    Однажды к философу Буало пришли иезуиты и принялись его увещевать. Философ спросил: «Что они за люди?» И те ответили, что из общества Иисуса. Тогда философ спросил: «Иисуса рождающегося или Иисуса умирающего?»

    Однажды к философу Буало пришли иезуиты и принялись его увещевать. Философ спросил: «Что они за люди?» И те ответили, что из общества Иисуса. Тогда философ спросил: «Иисуса рождающегося или Иисуса умирающего?»

    — 18-14 · фильм
20. «

    Не одно влияние чужеземного идеологизма пагубно для нашего отечества; воспитание, или, лучше сказать, отсутствие воспитания есть корень всякого зла. Скажем более: одно просвещение в состоянии удержать новые безумства, новые общественные бедствия.

    Не одно влияние чужеземного идеологизма пагубно для нашего отечества; воспитание, или, лучше сказать, отсутствие воспитания есть корень всякого зла. Скажем более: одно просвещение в состоянии удержать новые безумства, новые общественные бедствия.

    — Виктор Кунин · книга