36 цитат персонажа «Александр» с глубоким смыслом

Собрали 36 цитат персонажа «Александр» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Нет ничего более рабского, чем роскошь и нега, и ничего более царственного, чем труд.

   Нет ничего более рабского, чем роскошь и нега, и ничего более царственного, чем труд.

   — Плутарх · книга
2. «

   ...всякая женщина — бездонный колодец.

   ...всякая женщина — бездонный колодец.

   — Мишель Турнье · книга
3. «

   Мой ответ сейчас бы выдал фальшь, поскольку происходящее мне было не совсем понятно. А я всегда руководствовался принципом, что лучше задать вопрос и выглядеть дураком, чем выглядеть дураком уже из лужи, в которую приземлился.

   Мой ответ сейчас бы выдал фальшь, поскольку происходящее мне было не совсем понятно. А я всегда руководствовался принципом, что лучше задать вопрос и выглядеть дураком, чем выглядеть дураком уже из лужи, в которую приземлился.
4. «

   Эдуард, видимо, выше меня, по правде говоря, он слишком высок. В общении с женщинами это служит к его выгоде. Я многократно замечал, что рост выше среднего является несравненным козырем в глазах этих цесарок, какими бы физическими изъянами он ни сопровождался. Вы можете быть близоруким, лысым, тучным, горбатым, иметь зловонное дыхание, но если в вас росту больше ста восьмидесяти пяти сантиметров, — весь курятник будет у ваших ног.

   Эдуард, видимо, выше меня, по правде говоря, он слишком высок. В общении с женщинами это служит к его выгоде. Я многократно замечал, что рост выше среднего является несравненным козырем в глазах этих цесарок, какими бы физическими изъянами он ни сопровождался. Вы можете быть близоруким, лысым, тучным, горбатым, иметь зловонное дыхание, но если в вас росту больше ста восьмидесяти пяти сантиметров, — весь курятник будет у ваших ног.

   — Мишель Турнье · книга
5. «

   — Сколько? — Что, сколько? — Вот за это, сколько? — А! Это... Нет, это не продаётся. — Ой, дорогой мой... Всё продаётся! — Так говорят старьёвщики.

   — Сколько? — Что, сколько? — Вот за это, сколько? — А! Это... Нет, это не продаётся. — Ой, дорогой мой... Всё продаётся! — Так говорят старьёвщики.

   — Александр
6. «

   Когда судьба хочет обмануть глупца, она часто одевается в лохмотья.

   Когда судьба хочет обмануть глупца, она часто одевается в лохмотья.
7. «

   — Быть или не быть, вот в чём вопрос... Знаешь, в чём для меня здесь самая засада? — Не подозреваю. Ты же при любом варианте становишься главой семьи, так или через помолвку. — Джон всю жизнь строил дома и ковал мечи, но стоило ему всего лишь раз уединиться за сараем с овцой, и никто и никогда больше не назвал его ни строителем, ни кузнецом... И вот продолжение, став главой семьи при таких проблемах, через некоторое время, всё становится слишком плохо, меня казнят как вредителя, а Анна нынешняя глава семьи, выходит оправданной. Ведь её сообщение тебе, зная мою эмпатию было обрывочно коротким, и вся эта ситуация в стиле «бежим, некогда объяснять» становится очень плохой. Ведь ты сейчас переживаешь не то, что твой род будет уничтожен, а то что ты не станешь главой рода. Давай без эмоций продолжим. Анна получает время для планирования спасительных браков тебя и сына, раз все проблемы спишут на меня и я своей смертью дам ей время. Знаешь, будь у меня выбор, я бы сам так поступил. Ведь не считаю я Анну глупее себя. Вижу сплошные плюсы, она по договору бы выделила мне активы семьи приносящие больше всего проблем. Даже не подозреваю, а твёрдо уверен в этом. Сам бы так поступил, а уж с её опытом тридцати лет интриг при дворе. Она не глупее меня... — Она благородней... — Вот-вот. Вопрос серьёзный, как и разговор, поэтому давай говорить серьёзно. Эти сказки о благородстве аристо можешь фермеру Ипполиту рассказать, который на Кубани подсолнухи выращивает. Он поверит.

   — Быть или не быть, вот в чём вопрос... Знаешь, в чём для меня здесь самая засада? — Не подозреваю. Ты же при любом варианте становишься главой семьи, так или через помолвку. — Джон всю жизнь строил дома и ковал мечи, но стоило ему всего лишь раз уединиться за сараем с овцой, и никто и никогда больше не назвал его ни строителем, ни кузнецом... И вот продолжение, став главой семьи при таких проблемах, через некоторое время, всё становится слишком плохо, меня казнят как вредителя, а Анна нынешняя глава семьи, выходит оправданной. Ведь её сообщение тебе, зная мою эмпатию было обрывочно коротким, и вся эта ситуация в стиле «бежим, некогда объяснять» становится очень плохой. Ведь ты сейчас переживаешь не то, что твой род будет уничтожен, а то что ты не станешь главой рода. Давай без эмоций продолжим. Анна получает время для планирования спасительных браков тебя и сына, раз все проблемы спишут на меня и я своей смертью дам ей время. Знаешь, будь у меня выбор, я бы сам так поступил. Ведь не считаю я Анну глупее себя. Вижу сплошные плюсы, она по договору бы выделила мне активы семьи приносящие больше всего проблем. Даже не подозреваю, а твёрдо уверен в этом. Сам бы так поступил, а уж с её опытом тридцати лет интриг при дворе. Она не глупее меня... — Она благородней... — Вот-вот. Вопрос серьёзный, как и разговор, поэтому давай говорить серьёзно. Эти сказки о благородстве аристо можешь фермеру Ипполиту рассказать, который на Кубани подсолнухи выращивает. Он поверит.

   — Сергей Извольский · книга
8. «

   — Саша, ты сейчас свидание пытаешься со мной замутить? — Да! А это что, плохо? — Да нет, само по себе это не плохо, просто странно. У тебя же язык как помело, а тут так криво девушку на свидание приглашать... Это фиаско! — У меня стратегия такая: начинать отношения нужно с фиаско, чтобы потом только вверх.

   — Саша, ты сейчас свидание пытаешься со мной замутить? — Да! А это что, плохо? — Да нет, само по себе это не плохо, просто странно. У тебя же язык как помело, а тут так криво девушку на свидание приглашать... Это фиаско! — У меня стратегия такая: начинать отношения нужно с фиаско, чтобы потом только вверх.

   — Александр · сериал
9. «

   Благородство понимают только благородные, а страх понимают все.

   Благородство понимают только благородные, а страх понимают все.

   — Ольга Эрлер · книга
10. «

    – Бля, никогда днём не вылезали. – Знаешь, как говорят про тараканов. – Как, на... – Что, если уже при свете дня лезут – значит, их уже столько, что пора ставить вопрос о том, кто в доме хозяин.

    – Бля, никогда днём не вылезали. – Знаешь, как говорят про тараканов. – Как, на... – Что, если уже при свете дня лезут – значит, их уже столько, что пора ставить вопрос о том, кто в доме хозяин.
11. «

    Зевс для того посадил рядом с собой Справедливость и Правосудие, дабы все, что ни совершается повелителем, было правым и справедливым.

    Зевс для того посадил рядом с собой Справедливость и Правосудие, дабы все, что ни совершается повелителем, было правым и справедливым.

    — Плутарх · книга
12. «

    От жестокости мести порой, Мы бледнеем, и даже немеем, Человеку присущи грехи, Мы не Боги, нелюдь прощать не умеем...

    От жестокости мести порой, Мы бледнеем, и даже немеем, Человеку присущи грехи, Мы не Боги, нелюдь прощать не умеем...
13. «

    — Успех — это когда о вас все знают? — Нет. Успех — это когда ты можешь изменить мир. Хоть чуть-чуть. Именно ты, своей волей. Успех — это власть, если хочешь знать...

    — Успех — это когда о вас все знают? — Нет. Успех — это когда ты можешь изменить мир. Хоть чуть-чуть. Именно ты, своей волей. Успех — это власть, если хочешь знать...

    — Марина и Сергей Дяченко · книга
14. «

    Бог — это общий отец всех людей, но он особо приближает у себе лучших из них.

    Бог — это общий отец всех людей, но он особо приближает у себе лучших из них.

    — Плутарх · книга
15. «

    Любовь в нашем безумном мире — единственное, чем ещё можно сейчас спастись. Единственная сказка, оставшаяся человечеству в утешение. И мы в неё по-прежнему верим.

    Любовь в нашем безумном мире — единственное, чем ещё можно сейчас спастись. Единственная сказка, оставшаяся человечеству в утешение. И мы в неё по-прежнему верим.

    — Наталья Андреева · книга
16. «

    Ее привела судьба, сказала она. Он смотрел ей вслед, когда она, уже протянув руку к пологу входа, вдруг обернулась. Из взгляды скрестились на миг. Есть такие мгновения, которые способны перевернуть всю жизнь.

    Ее привела судьба, сказала она. Он смотрел ей вслед, когда она, уже протянув руку к пологу входа, вдруг обернулась. Из взгляды скрестились на миг. Есть такие мгновения, которые способны перевернуть всю жизнь.

    — Ольга Эрлер · книга
17. «

    Джордж Оруэлл сказал, что самый быстрый способ окончить войну — это проиграть её, а если ты не готов признать поражение, будь готов к тому, что тебя возьмут в плен. И пусть вкус поражения не так сладок, как вкус победы, в нём есть свои плюсы. Поражение вносит ясность в мысли, а часто вообще оставляет только мысль — мечту о реванше.

    Джордж Оруэлл сказал, что самый быстрый способ окончить войну — это проиграть её, а если ты не готов признать поражение, будь готов к тому, что тебя возьмут в плен. И пусть вкус поражения не так сладок, как вкус победы, в нём есть свои плюсы. Поражение вносит ясность в мысли, а часто вообще оставляет только мысль — мечту о реванше.
18. «

    — Какого коня теряют эти люди только потому, что по собственной трусости и неловкости не могут укротить его. — Ты упрекаешь старших, будто больше их смыслишь, или умеешь лучше обращаться с конем. — С этим я справлюсь лучше, чем кто-либо другой. — Ищи, сын мой, царство по себе, ибо Македония для тебя слишком мала!

    — Какого коня теряют эти люди только потому, что по собственной трусости и неловкости не могут укротить его. — Ты упрекаешь старших, будто больше их смыслишь, или умеешь лучше обращаться с конем. — С этим я справлюсь лучше, чем кто-либо другой. — Ищи, сын мой, царство по себе, ибо Македония для тебя слишком мала!

    — Плутарх · книга
19. «

    Летом здесь красиво. Поставишь Земфиру, смотришь и слушаешь: «До свиданья, мой любимый город… я почти попала в хроники твои…». Хроник – это кто, алкоголик или торчок?

    Летом здесь красиво. Поставишь Земфиру, смотришь и слушаешь: «До свиданья, мой любимый город… я почти попала в хроники твои…». Хроник – это кто, алкоголик или торчок?

    — Виктор Пелевин · книга
20. «

    — У вас с собой нет вилки? — Вилки? Зачем? — Лапшу снимать. Которую вы мне на уши вешаете.

    — У вас с собой нет вилки? — Вилки? Зачем? — Лапшу снимать. Которую вы мне на уши вешаете.

    — Виктор Пелевин · книга