171 цитата персонажа «Алиса» для статуса

Собрали 171 цитата персонажа «Алиса» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   – Послушай меня, моя цыпочка, меня не стоит жалеть, и завидовать мне тоже не стоит. Прежде чем я устроилась в жизни с комфортом, мне пришлось хорошенько познакомиться с самой собой и понять, чего мне на самом деле хочется, а какие пожелания мне навязывает общество и жизнь вокруг. Теперь я знаю себя, знаю, чего хочу, о чём мечтаю и на что готова, чтобы добиться своего. И двигаюсь вперёд потихоньку. Вот и тебе пора задать себя те же вопросы, а когда ты на них ответишь, то наберись отваги и двигайся вперёд. Алиса задумалась, поглаживая мою руку. – А о чём ты мечтаешь? – Я не мечтаю, я хочу. Мечты, они порхают в голове, а желания доходят до сердца, до живота и могут тебя заставить потрудиться, чтобы получить то, чего захотелось.

   – Послушай меня, моя цыпочка, меня не стоит жалеть, и завидовать мне тоже не стоит. Прежде чем я устроилась в жизни с комфортом, мне пришлось хорошенько познакомиться с самой собой и понять, чего мне на самом деле хочется, а какие пожелания мне навязывает общество и жизнь вокруг. Теперь я знаю себя, знаю, чего хочу, о чём мечтаю и на что готова, чтобы добиться своего. И двигаюсь вперёд потихоньку. Вот и тебе пора задать себя те же вопросы, а когда ты на них ответишь, то наберись отваги и двигайся вперёд. Алиса задумалась, поглаживая мою руку. – А о чём ты мечтаешь? – Я не мечтаю, я хочу. Мечты, они порхают в голове, а желания доходят до сердца, до живота и могут тебя заставить потрудиться, чтобы получить то, чего захотелось.

   — Тьерри Коэн · книга
2. «

   Ой, вообще, наверно, это от перцу люди делаются вспыльчивые, — продолжала она, очень довольная, что сама обнаружила вроде как новый закон природы, — а от уксуса делаются кислые... а от хрена — сердитые... а от... а от... а вот от конфет-то дети становятся ну прямо прелесть! Потому их все так и любят!

   Ой, вообще, наверно, это от перцу люди делаются вспыльчивые, — продолжала она, очень довольная, что сама обнаружила вроде как новый закон природы, — а от уксуса делаются кислые... а от хрена — сердитые... а от... а от... а вот от конфет-то дети становятся ну прямо прелесть! Потому их все так и любят!

   — Льюис Кэрролл · книга
3. «

   Иногда анонимность — лучший способ остаться собой. А она достижима только онлайн...

   Иногда анонимность — лучший способ остаться собой. А она достижима только онлайн...

   — Мэри Блум · книга
4. «

   Давай играть, как будто я голодная гиена, а ты — кость!

   Давай играть, как будто я голодная гиена, а ты — кость!

   — Льюис Кэрролл · книга
5. «

   — Считает ли тот, кто не в своем уме, человек или какое-нибудь существо, что дважды два — пять? — спросила Алиса. — Конечно, дитя мое! Поскольку дважды два не пять, то тот, кто не в своем уме, считает, что дважды два — пять. — А считает ли тот, кто не в своем уме, что дважды два — шесть? — задала новый вопрос Алиса. — Конечно, дитя мое! — ответила Герцогиня. — Поскольку дважды два не шесть, то тот, кто не в своем уме, считает, что дважды два — шесть. — Но дважды два не может быть одновременно равно и пяти и шести! — воскликнула Алиса. — Разумеется, не может, — согласилась Герцогиня. — И ты и я об этом знаем, но тот, кто не в своем уме, об этом не ведает. А какая мораль из всего этого?...

   — Считает ли тот, кто не в своем уме, человек или какое-нибудь существо, что дважды два — пять? — спросила Алиса. — Конечно, дитя мое! Поскольку дважды два не пять, то тот, кто не в своем уме, считает, что дважды два — пять. — А считает ли тот, кто не в своем уме, что дважды два — шесть? — задала новый вопрос Алиса. — Конечно, дитя мое! — ответила Герцогиня. — Поскольку дважды два не шесть, то тот, кто не в своем уме, считает, что дважды два — шесть. — Но дважды два не может быть одновременно равно и пяти и шести! — воскликнула Алиса. — Разумеется, не может, — согласилась Герцогиня. — И ты и я об этом знаем, но тот, кто не в своем уме, об этом не ведает. А какая мораль из всего этого?...

   — Рэймонд Смаллиан · книга
6. «

   — Знаешь, почему меня называют Шляпник? — Потому что вы носите шляпу? — … нет. Потому что когда по рядам ходит шляпа, я всегда в нее что-то кладу. Филантропия!

   — Знаешь, почему меня называют Шляпник? — Потому что вы носите шляпу? — … нет. Потому что когда по рядам ходит шляпа, я всегда в нее что-то кладу. Филантропия!

   — Алиса · сериал
7. «

   Он любит меня! Как бы мне хотелось тоже любить себя.

   Он любит меня! Как бы мне хотелось тоже любить себя.

   — Беатрис Спаркс · книга
8. «

   Вот это я упала, так упала! Упасть с лестницы для меня теперь — пара пустяков.

   Вот это я упала, так упала! Упасть с лестницы для меня теперь — пара пустяков.
9. «

   Только горчица совсем не птица, — заметила Алиса. Ты, как всегда, совершенно права! — сказала Герцогиня. — Какая ясность мысли!

   Только горчица совсем не птица, — заметила Алиса. Ты, как всегда, совершенно права! — сказала Герцогиня. — Какая ясность мысли!

   — Льюис Кэрролл · книга
10. «

    Ты на поступок не способен! Понимаешь? И у тебя старость будет скучная-скучная, как десять заповедей, потому что, чтобы скучно не было — надо нарушить хотя бы одну, а лучше две!

    Ты на поступок не способен! Понимаешь? И у тебя старость будет скучная-скучная, как десять заповедей, потому что, чтобы скучно не было — надо нарушить хотя бы одну, а лучше две!

    — Я считаю: раз, два, три, четыре, пять · фильм
11. «

    Я никогда в жизни намеренно никому не причиняла боли. Ни физической, ни душевной... Так почему же люди постоянно причиняют боль мне?

    Я никогда в жизни намеренно никому не причиняла боли. Ни физической, ни душевной... Так почему же люди постоянно причиняют боль мне?

    — Беатрис Спаркс · книга
12. «

    Теперь этой глупейшей неопределённости будет поменьше.

    Теперь этой глупейшей неопределённости будет поменьше.
13. «

    Нельзя делать то, что нельзя.

    Нельзя делать то, что нельзя.

    — Льюис Кэрролл · книга
14. «

    … жизнь подчас напоминает роман, в котором писатель манипулирует нашими чувствами и с удовольствием привлекает к основной интриге второстепенных персонажей, чтобы в момент кульминации, когда всё покажется совершенно ясным, неожиданно вывести кого-то из вторых в главные. И тогда вся история приобретёт совершенно иной смысл.

    … жизнь подчас напоминает роман, в котором писатель манипулирует нашими чувствами и с удовольствием привлекает к основной интриге второстепенных персонажей, чтобы в момент кульминации, когда всё покажется совершенно ясным, неожиданно вывести кого-то из вторых в главные. И тогда вся история приобретёт совершенно иной смысл.

    — Тьерри Коэн · книга
15. «

    Знаете, я классифицирую людей по смеху. Есть люди, которые смеются, как вода звенит в ручье — обычно такой смех свойственен стеснительным женщинам. Есть гогочущие, как гуси. Есть похрюкивающие — их очень много. Как ни странно, самым прелестным смехом, какой я когда-либо слышала, смеялась одна из самых глупых девушек, встретившихся в моей жизни. Я бы даже сказала, что она была набитой дурой. Но при этом смех её был просто удивителен — заразительный, звонкий, переливистый, ну просто рассыпающаяся драгоценность, а не смех.

    Знаете, я классифицирую людей по смеху. Есть люди, которые смеются, как вода звенит в ручье — обычно такой смех свойственен стеснительным женщинам. Есть гогочущие, как гуси. Есть похрюкивающие — их очень много. Как ни странно, самым прелестным смехом, какой я когда-либо слышала, смеялась одна из самых глупых девушек, встретившихся в моей жизни. Я бы даже сказала, что она была набитой дурой. Но при этом смех её был просто удивителен — заразительный, звонкий, переливистый, ну просто рассыпающаяся драгоценность, а не смех.

    — Елена Михалкова · книга
16. «

    — Ой, но это же глупость. Цветы не могут говорить. — Ну конечно, мы можем говорить, моя дорогая.

    — Ой, но это же глупость. Цветы не могут говорить. — Ну конечно, мы можем говорить, моя дорогая.

    — Алиса · мультфильм
17. «

    Он дразнит меня, называет сексуально озабоченной, потому что меня заклинило на идее хоть раз попробовать секс без наркотиков.

    Он дразнит меня, называет сексуально озабоченной, потому что меня заклинило на идее хоть раз попробовать секс без наркотиков.

    — Беатрис Спаркс · книга
18. «

    — Ты дьявол! — Я кошмар. Я страшнее дьявола. Дьявол забирает людей в ад, я же забираю людей во сны. — Ты всегда можешь проснуться. Это не так страшно, как ад. — А что ты думаешь находится за сном? — Это очевидно. За сном ничего нет. Это просто конец. — Когда ты просыпаешься, остается только реальность. Сны тем и страшны, что всему приходит конец.

    — Ты дьявол! — Я кошмар. Я страшнее дьявола. Дьявол забирает людей в ад, я же забираю людей во сны. — Ты всегда можешь проснуться. Это не так страшно, как ад. — А что ты думаешь находится за сном? — Это очевидно. За сном ничего нет. Это просто конец. — Когда ты просыпаешься, остается только реальность. Сны тем и страшны, что всему приходит конец.

    — Алиса
19. «

    — Так знай же, дитя мое, что если бы я вздумал устроить тебе экзамен (заметь, что я и не думаю делать этого!), но если бы я все же вздумал устроить тебе экзамен, то задавал бы тебе только такие вопросы, на которые нет ответа! Такие вопросы лучше всего, уж поверь мне! — А какой смысл задавать вопросы, на которые нет ответа? — спросила Алиса. — Именно такие вопросы и заставляют думать, — ответил Шалтай-Болтай. — Думать о чем? — спросила Алиса. — О том, каким мог бы быть ответ! — ответил Шалтай-Болтай. — Но вы же сами сказали, если мне не послышалось, что ответов на эти вопросы нет. — Нет, — подтвердил Шалтай-Болтай, — и это самое прекрасное в них!

    — Так знай же, дитя мое, что если бы я вздумал устроить тебе экзамен (заметь, что я и не думаю делать этого!), но если бы я все же вздумал устроить тебе экзамен, то задавал бы тебе только такие вопросы, на которые нет ответа! Такие вопросы лучше всего, уж поверь мне! — А какой смысл задавать вопросы, на которые нет ответа? — спросила Алиса. — Именно такие вопросы и заставляют думать, — ответил Шалтай-Болтай. — Думать о чем? — спросила Алиса. — О том, каким мог бы быть ответ! — ответил Шалтай-Болтай. — Но вы же сами сказали, если мне не послышалось, что ответов на эти вопросы нет. — Нет, — подтвердил Шалтай-Болтай, — и это самое прекрасное в них!

    — Рэймонд Смаллиан · книга
20. «

    Забавно, но когда что-то вдруг начинает идти хорошо, все остальное тоже налаживается.

    Забавно, но когда что-то вдруг начинает идти хорошо, все остальное тоже налаживается.

    — Беатрис Спаркс · книга