25 цитат персонажа «Анита Блейк» — подборка редакции

Собрали 25 цитат персонажа «Анита Блейк» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мужчина успокаивается не из-за того, что найдет ту самую женщину. А потому, что для этого созревает. Какая бы женщина ни встречалась с ним в момент, когда он будет готов, с той он и осядет на землю. И не обязательно это будет самая лучшая или самая красивая – просто та, которая оказалась в нужный момент под рукой. Неромантично? Зато правда.

   Мужчина успокаивается не из-за того, что найдет ту самую женщину. А потому, что для этого созревает. Какая бы женщина ни встречалась с ним в момент, когда он будет готов, с той он и осядет на землю. И не обязательно это будет самая лучшая или самая красивая – просто та, которая оказалась в нужный момент под рукой. Неромантично? Зато правда.

   — Лорел Гамильтон · книга
2. «

   У каждого есть свое представление о себе, и когда происходит что-то, нарушающее это представление, ты оплакиваешь себя прежнего. Того, кем ты себя считал.

   У каждого есть свое представление о себе, и когда происходит что-то, нарушающее это представление, ты оплакиваешь себя прежнего. Того, кем ты себя считал.

   — Лорел Гамильтон · книга
3. «

   Мне пришлось наклониться и пошевелить груди, чтобы лифчик сел правильно. Они оба на меня глазели, а я из упрямства не стала отворачиваться. Зебровски глазел, потому что он жизнерадостный козел, а Дольф — потому что злился.

   Мне пришлось наклониться и пошевелить груди, чтобы лифчик сел правильно. Они оба на меня глазели, а я из упрямства не стала отворачиваться. Зебровски глазел, потому что он жизнерадостный козел, а Дольф — потому что злился.

   — Лорел Гамильтон · книга
4. «

   Донна встала и улыбнулась Эдуарду такой улыбкой, что любой другой растаял бы на месте. Не в сексе было дело, хотя он тоже отражался в этой улыбке. Она излучала тепло, полное доверие, на которое способна лишь настоящая любовь. Такая первая романтическая любовь может прожить недолго, но если она остается — ой-ой-ой! Я знала, что Эдуард, наверное, смотрит на нее такими же глазами, но это было не взаправду. Не от души. Он лгал глазами — искусство, которому я научилась только недавно и слегка жалела, что научилась. Одно дело — знать, как надо врать, но чтобы при этом глаза не говорили, что верить тебе нельзя...

   Донна встала и улыбнулась Эдуарду такой улыбкой, что любой другой растаял бы на месте. Не в сексе было дело, хотя он тоже отражался в этой улыбке. Она излучала тепло, полное доверие, на которое способна лишь настоящая любовь. Такая первая романтическая любовь может прожить недолго, но если она остается — ой-ой-ой! Я знала, что Эдуард, наверное, смотрит на нее такими же глазами, но это было не взаправду. Не от души. Он лгал глазами — искусство, которому я научилась только недавно и слегка жалела, что научилась. Одно дело — знать, как надо врать, но чтобы при этом глаза не говорили, что верить тебе нельзя...

   — Лорел Гамильтон · книга
5. «

   Все неприятные эмоции я стараюсь прятать под злостью, когда удается.

   Все неприятные эмоции я стараюсь прятать под злостью, когда удается.

   — Лорел Гамильтон · книга
6. «

   Плакать – дьявольски нечестный аргумент в споре. Как только кто-то начинает плакать, больше разговаривать уже не возможно. Хочется только одного – чтобы этот кто-то перестал реветь, а ты перестала себя чувствовать самым мерзким негодяем в мире. Все что угодно, только не это.

   Плакать – дьявольски нечестный аргумент в споре. Как только кто-то начинает плакать, больше разговаривать уже не возможно. Хочется только одного – чтобы этот кто-то перестал реветь, а ты перестала себя чувствовать самым мерзким негодяем в мире. Все что угодно, только не это.

   — Лорел Гамильтон · книга
7. «

   Жизнь идёт своим чередом, даже если ты по пояс в болоте с аллигаторами.

   Жизнь идёт своим чередом, даже если ты по пояс в болоте с аллигаторами.

   — Лорел Гамильтон · книга
8. «

   Я бессердечная сука, но своё сучье дело я знаю.

   Я бессердечная сука, но своё сучье дело я знаю.

   — Лорел Гамильтон · книга
9. «

   Истинный путь к сердцу мужчины — шесть дюймов металла между ребрами.

   Истинный путь к сердцу мужчины — шесть дюймов металла между ребрами.

   — Лорел Гамильтон · книга
10. «

    Никогда не надо бояться того, кто боится тебя.

    Никогда не надо бояться того, кто боится тебя.

    — Лорел Гамильтон · книга
11. «

    Вот тебе информация, вот тебе варианты выбора, а теперь будь взрослой девочкой и выбирай сама.

    Вот тебе информация, вот тебе варианты выбора, а теперь будь взрослой девочкой и выбирай сама.

    — Лорел Гамильтон · книга
12. «

    Я наслаждаюсь собственной злостью — такое у меня единственное хобби.

    Я наслаждаюсь собственной злостью — такое у меня единственное хобби.

    — Лорел Гамильтон · книга
13. «

    Если бы я убивала всех, кого недолюбливаю, по Сент-Луису не пройти было бы из-за трупов.

    Если бы я убивала всех, кого недолюбливаю, по Сент-Луису не пройти было бы из-за трупов.

    — Лорел Гамильтон · книга
14. «

    Как представить бойфренда С бойфренду А, после того, как бойфренд А последнее время спокойно относился к бойфренду В, которого в картине уже нет?

    Как представить бойфренда С бойфренду А, после того, как бойфренд А последнее время спокойно относился к бойфренду В, которого в картине уже нет?

    — Лорел Гамильтон · книга
15. «

    Красивые голубые глаза — как стеклянные окна; дома никого.

    Красивые голубые глаза — как стеклянные окна; дома никого.

    — Лорел Гамильтон · книга
16. «

    Так всегда бывает, когда говоришь правду. Кто-нибудь обязательно назовёт тебя лжецом. Люди охотнее глотают правдоподобную ложь, чем неправдоподобную правду. На самом деле, даже предпочитают первую второй.

    Так всегда бывает, когда говоришь правду. Кто-нибудь обязательно назовёт тебя лжецом. Люди охотнее глотают правдоподобную ложь, чем неправдоподобную правду. На самом деле, даже предпочитают первую второй.

    — Лорел Гамильтон · книга
17. «

    Плохие — они плохие и есть, им ни в чем нельзя верить, кроме того, что они непредсказуемы и опасны.

    Плохие — они плохие и есть, им ни в чем нельзя верить, кроме того, что они непредсказуемы и опасны.

    — Лорел Гамильтон · книга
18. «

    Когда наступает примирение, то о самом страшном горе рассказываешь без эмоций, так, будто оно стряслось с кем-то другим. Но даже смирившись, можешь поведать о минувшей истории, как об интересном происшествии.

    Когда наступает примирение, то о самом страшном горе рассказываешь без эмоций, так, будто оно стряслось с кем-то другим. Но даже смирившись, можешь поведать о минувшей истории, как об интересном происшествии.

    — Лорел Гамильтон · книга
19. «

    Но, как говаривала моя бабуля, Блейк, «если бы сожаления были лошадками, мы бы все верхом ездили».

    Но, как говаривала моя бабуля, Блейк, «если бы сожаления были лошадками, мы бы все верхом ездили».

    — Лорел Гамильтон · книга
20. «

    Если кого-то любишь, то не надо всегда быть скабрезной или остроумной, иногда можно просто быть собой, и сказанное в нужный момент «о'кей» оказывается сладкозвучнее любой поэзии и может значить больше всех на свете постельных слов.

    Если кого-то любишь, то не надо всегда быть скабрезной или остроумной, иногда можно просто быть собой, и сказанное в нужный момент «о'кей» оказывается сладкозвучнее любой поэзии и может значить больше всех на свете постельных слов.

    — Лорел Гамильтон · книга