99 фраз персонажа «Анжелика Машковская» для дневника

99 цитат персонажа «Анжелика Машковская» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Раньше люди делились своими страхами, сомнениями, проступками со священниками, получали душевное освобождение и начинали жить счастливее. Свободнее. В век же тотального модернизирования Слуги Господа считаются пережитком прошлого и многие частенько смотрят на верующих с снисходительной улыбкой, отправляясь к дорогущему психоаналитику, где рассказывают о своих страхах, сомнениях, прегрешениях… Назначь цену, назови по-новому и будет тебе… продукт сегодняшней реальности, хорошо заимствованный из прежних времён.

   Раньше люди делились своими страхами, сомнениями, проступками со священниками, получали душевное освобождение и начинали жить счастливее. Свободнее. В век же тотального модернизирования Слуги Господа считаются пережитком прошлого и многие частенько смотрят на верующих с снисходительной улыбкой, отправляясь к дорогущему психоаналитику, где рассказывают о своих страхах, сомнениях, прегрешениях… Назначь цену, назови по-новому и будет тебе… продукт сегодняшней реальности, хорошо заимствованный из прежних времён.
2. «

   Моя реальность — сплошной надрыв, замешенный на самообмане, и ничего больше. А жила я в надеждах и вере о том, что когда-нибудь всё станет если не отлично, то хорошо. Но каждый раз становится только хуже! Может, всё дело во мне? Возможно, я притягиваю к себе преступные элементы как магнит железо? Не в этом ли заключается слово «судьба» и всё зависит от того, какой ты от рождения «магнит»?

   Моя реальность — сплошной надрыв, замешенный на самообмане, и ничего больше. А жила я в надеждах и вере о том, что когда-нибудь всё станет если не отлично, то хорошо. Но каждый раз становится только хуже! Может, всё дело во мне? Возможно, я притягиваю к себе преступные элементы как магнит железо? Не в этом ли заключается слово «судьба» и всё зависит от того, какой ты от рождения «магнит»?
3. «

   Стремясь заполучить безупречность, обращая внимание исключительно на идеальность, так легко не заметить очарование несовершенства.

   Стремясь заполучить безупречность, обращая внимание исключительно на идеальность, так легко не заметить очарование несовершенства.
4. «

   — Ты тоже отлично выглядишь. — Знал, что тебе понравится мой стиль охотника. — Нет такого! — Есть! Ты должна тихонечко подкрасться к шкафу, очень тихо, чтобы не вспугнуть свою добычу. Затем замираешь на несколько секунд, а после резко открываешь дверцу, хватаешь первую попавшуюся вещь и быстро-быстро, пока она не убежала, надеваешь.

   — Ты тоже отлично выглядишь. — Знал, что тебе понравится мой стиль охотника. — Нет такого! — Есть! Ты должна тихонечко подкрасться к шкафу, очень тихо, чтобы не вспугнуть свою добычу. Затем замираешь на несколько секунд, а после резко открываешь дверцу, хватаешь первую попавшуюся вещь и быстро-быстро, пока она не убежала, надеваешь.

   — Анжелика Машковская
5. «

   Только опираясь на веру можно поддерживать то, что не понимаешь.

   Только опираясь на веру можно поддерживать то, что не понимаешь.
6. «

   Вновь набрав в ладони побольше снега, я стал растирать его о тело девушки. — ЧТО! ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК, ИЗВРАЩЕНЕЦ ПРОКЛЯТЫЙ! — визжала она, дергаясь как насекомое, которое угодило в паутину. — Забавно. — Засмеялся я, наблюдая за тем, как она пытается избавиться от моих холодных рук. — Но я сам не знаю, что со мной не так. Наверное, влюбился в тебя по уши.

   Вновь набрав в ладони побольше снега, я стал растирать его о тело девушки. — ЧТО! ЧТО С ТОБОЙ НЕ ТАК, ИЗВРАЩЕНЕЦ ПРОКЛЯТЫЙ! — визжала она, дергаясь как насекомое, которое угодило в паутину. — Забавно. — Засмеялся я, наблюдая за тем, как она пытается избавиться от моих холодных рук. — Но я сам не знаю, что со мной не так. Наверное, влюбился в тебя по уши.

   — Аран Гил
7. «

   Неопределённость подобна лестнице: застываешь на промежуточном этаже, не зная, бежать вверх или вниз. И возникает смутное, гнетущее чувство — ощущение, что ступени тянутся бесконечно в обоих направлениях.

   Неопределённость подобна лестнице: застываешь на промежуточном этаже, не зная, бежать вверх или вниз. И возникает смутное, гнетущее чувство — ощущение, что ступени тянутся бесконечно в обоих направлениях.
8. «

   Некоторым действительно страшно погрузиться во тьму другого, потому что со своей-то справиться не могут. Легче оттолкнуть человека, сказав «С тобой что-то не так», чем попытаться понять и по возможности помочь. Мы всегда бродим по грани, в любой момент можем свалиться на другую сторону, став преступниками, но разве друзья и родные, случайный знакомый, проявив в своё время к нам участие и помогая разобраться, не удерживают нас от рокового шага? Что если «не такими» нас постепенно создаёт равнодушие остальных?

   Некоторым действительно страшно погрузиться во тьму другого, потому что со своей-то справиться не могут. Легче оттолкнуть человека, сказав «С тобой что-то не так», чем попытаться понять и по возможности помочь. Мы всегда бродим по грани, в любой момент можем свалиться на другую сторону, став преступниками, но разве друзья и родные, случайный знакомый, проявив в своё время к нам участие и помогая разобраться, не удерживают нас от рокового шага? Что если «не такими» нас постепенно создаёт равнодушие остальных?
9. «

   ᅠ Дурные люди агитирую плохие вещи как символ зрелости и самостоятельности. Они внушают в юные головки суждение, что делать вредные для них вещи — это на самом деле очень хорошо, правильно и означает бунт против глупого натиска взрослых. Они умеют так красиво и соблазнительно говорить, увлекать заманчивым, но запретным, что многие идут за ними. Но хорошие взрослые беспокоятся обо всех детях и желают им помочь разобраться кто есть кто, для этого и были изобретены законы — чтобы ребёнок сам мог выявить среди своего окружения опасных субъектов. Дрянные личности особенно отличаются тем, что подбивают других на скверные поступки, говоря: «Слабо?» Или начинают дразнить, называть желторотиком и предлагают доказать обратное, выполнив то-то и то. Плохие люди зачастую хитрые, они знают проверенный способ манипулирования: если им что-то нужно и не ведают, как этого добиться, они берут человека на слабо. Девяносто процентов согласятся с их условиями, не захотев терять имидж и быть осмеянным.

   ᅠ Дурные люди агитирую плохие вещи как символ зрелости и самостоятельности. Они внушают в юные головки суждение, что делать вредные для них вещи — это на самом деле очень хорошо, правильно и означает бунт против глупого натиска взрослых. Они умеют так красиво и соблазнительно говорить, увлекать заманчивым, но запретным, что многие идут за ними. Но хорошие взрослые беспокоятся обо всех детях и желают им помочь разобраться кто есть кто, для этого и были изобретены законы — чтобы ребёнок сам мог выявить среди своего окружения опасных субъектов. Дрянные личности особенно отличаются тем, что подбивают других на скверные поступки, говоря: «Слабо?» Или начинают дразнить, называть желторотиком и предлагают доказать обратное, выполнив то-то и то. Плохие люди зачастую хитрые, они знают проверенный способ манипулирования: если им что-то нужно и не ведают, как этого добиться, они берут человека на слабо. Девяносто процентов согласятся с их условиями, не захотев терять имидж и быть осмеянным.
10. «

    Я приблизила кончики пальцев практически к самым глазам, с интересом изучая переплетение линий, способных многое рассказать о своём хозяине. Мы все имеем это зашифрованное послание, причём у каждого своя часть, как знать, быть может, если найти ключ, то обнаружим многотомное откровение относительно рода человеческого.

    Я приблизила кончики пальцев практически к самым глазам, с интересом изучая переплетение линий, способных многое рассказать о своём хозяине. Мы все имеем это зашифрованное послание, причём у каждого своя часть, как знать, быть может, если найти ключ, то обнаружим многотомное откровение относительно рода человеческого.
11. «

    Как бы мы ни претендовали на исключительность, как бы ни открещивались от других людей — все мы лепестки одного цветка, отличающиеся только оттенком. И начало — как и конец — у нас у всех одинаковый.

    Как бы мы ни претендовали на исключительность, как бы ни открещивались от других людей — все мы лепестки одного цветка, отличающиеся только оттенком. И начало — как и конец — у нас у всех одинаковый.
12. «

    В одном я уверена наверняка: нас могут задеть только там, где у нас кожа тонкая и обнажены нервы. Если фразы попали в цель, нам инстинктивно хочется защититься — мы в ответ огрызаемся.

    В одном я уверена наверняка: нас могут задеть только там, где у нас кожа тонкая и обнажены нервы. Если фразы попали в цель, нам инстинктивно хочется защититься — мы в ответ огрызаемся.
13. «

    Никто в этой жизни не застрахован ни от чего, все, кто считает по-другому, лишь тешат себя иллюзиями, которые в любой момент могут рухнуть, и человеку ничего не останется, кроме как шмякнуться с их высоты об асфальт. Подобные «полёты» практически всегда заканчиваются трагедией.

    Никто в этой жизни не застрахован ни от чего, все, кто считает по-другому, лишь тешат себя иллюзиями, которые в любой момент могут рухнуть, и человеку ничего не останется, кроме как шмякнуться с их высоты об асфальт. Подобные «полёты» практически всегда заканчиваются трагедией.
14. «

    У одних внутри есть изюминка, а у других – абрикосовая косточка. И не понятно, то ли прорастёт и будет радовать сочными плодами, то ли сломаешь о неё зубы, пока будешь стараться пробиться к сердцевине.

    У одних внутри есть изюминка, а у других – абрикосовая косточка. И не понятно, то ли прорастёт и будет радовать сочными плодами, то ли сломаешь о неё зубы, пока будешь стараться пробиться к сердцевине.
15. «

    «Ладно, — мысленно произнесла я, когда мужчина положил ко мне на колени свою рубашку. — Если он и правда вздумал меня изнасиловать, то я не окажу сопротивления. Насильникам нравится, когда их жертвы брыкаются и визжат, это их распаляет, поэтому я буду бесчувственным бревном». Меня бросало в дрожь от мысли быть изнасилованной, но какой смысл думать о заднице, когда тебя могут убить? Это то же самое, как если бы я, склонив голову над плахой, беспокоилась о своей причёске, а не о топоре, который уже практически опустился на шею. Главное — остаться в живых, даже если придётся пройти через такую ужасную ситуацию. Это не было постыдной слабостью — это всего лишь выбор между плохим и очень плохим.

    «Ладно, — мысленно произнесла я, когда мужчина положил ко мне на колени свою рубашку. — Если он и правда вздумал меня изнасиловать, то я не окажу сопротивления. Насильникам нравится, когда их жертвы брыкаются и визжат, это их распаляет, поэтому я буду бесчувственным бревном». Меня бросало в дрожь от мысли быть изнасилованной, но какой смысл думать о заднице, когда тебя могут убить? Это то же самое, как если бы я, склонив голову над плахой, беспокоилась о своей причёске, а не о топоре, который уже практически опустился на шею. Главное — остаться в живых, даже если придётся пройти через такую ужасную ситуацию. Это не было постыдной слабостью — это всего лишь выбор между плохим и очень плохим.
16. «

    Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.

    Как только приходит осознание, что совершил дурные поступки, из-за которых возникает мучительное чувство вины, появляется ощущение, что потерял себя. И тогда готов принять наказание, лишь бы снова обрести себя как личность.
17. «

    Ад — это не кара Господня за непослушание, но накопленное годами систематическое пренебрежение здравым смыслом, неизбежные последствия собственного выбора.

    Ад — это не кара Господня за непослушание, но накопленное годами систематическое пренебрежение здравым смыслом, неизбежные последствия собственного выбора.
18. «

    Мы кричим для того, чтобы нас услышали и помогли. Но когда знаешь, что тебя не услышат или когда уверен, что не придут на помощь, перестаёшь кричать. И со временем крик как таковой просто-напросто атрофируется.

    Мы кричим для того, чтобы нас услышали и помогли. Но когда знаешь, что тебя не услышат или когда уверен, что не придут на помощь, перестаёшь кричать. И со временем крик как таковой просто-напросто атрофируется.
19. «

    — Ты случаем не гомофобка? — я с любопытством взглянула на Анжи. — А ты сама гетеро? Би? Или лесби? — Я не знаю, к какому отряду принадлежу, — смутившись, призналась она. — В жизни, которую помню, у меня не было интимной связи вообще ни с кем. — Да ладно?! А как же твой обожатель? Тот парень, который оплачивал твоего адвоката? Все думали, что ты с ним спала, поэтому он и помогал тебе. — Ошибаетесь. Я с Хоакином даже не целовалась. — Ахереть! Просто ахереть! Как же так? Неужели в этом мире остались те, кто бескорыстно помогает другим? — Остались и их много, поверь мне. — Как я могу верить девушке, которая даже не знает, кто она по ориентации?

    — Ты случаем не гомофобка? — я с любопытством взглянула на Анжи. — А ты сама гетеро? Би? Или лесби? — Я не знаю, к какому отряду принадлежу, — смутившись, призналась она. — В жизни, которую помню, у меня не было интимной связи вообще ни с кем. — Да ладно?! А как же твой обожатель? Тот парень, который оплачивал твоего адвоката? Все думали, что ты с ним спала, поэтому он и помогал тебе. — Ошибаетесь. Я с Хоакином даже не целовалась. — Ахереть! Просто ахереть! Как же так? Неужели в этом мире остались те, кто бескорыстно помогает другим? — Остались и их много, поверь мне. — Как я могу верить девушке, которая даже не знает, кто она по ориентации?

    — Шерри Стрингфилд (Sherry Stringfield)
20. «

    Не очень приятно находиться в чужом доме, где тебе не рады. Появляется острое чувство того, что все пытается тебя выдавить отсюда, даже стены, кажется, сжимаются, усиливая дискомфорт.

    Не очень приятно находиться в чужом доме, где тебе не рады. Появляется острое чувство того, что все пытается тебя выдавить отсюда, даже стены, кажется, сжимаются, усиливая дискомфорт.