36 цитат персонажа «Арагорн» на каждый день

Ниже 36 цитат персонажа «Арагорн»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   В мире много злых сил, с которыми вашим крепким стенам и острым мечам дела иметь не приходится. Ты сказал, что Север наслаждается покоем и свободой. Но что знали бы о покое и свободе народы Севера, если бы не мы? Один страх перед Тенью уже сломил бы их. Но когда с пустынных холмов и из бессолнечных чащоб в долины являются темные твари – мы изгоняем их прочь. Кто осмелился бы путешествовать по дорогам, кто чувствовал бы себя в безопасности дома или в поле, кто мог бы спокойно спать у себя в постели, если бы дунаданы предавались сну или сошли в могилы? И все же мы слышим слова благодарности реже, чем вы. Путешественники провожают нас хмурыми взглядами, крестьяне наделяют презрительными кличками. Для одного толстяка, что живет в дне пути от чудищ, единственно от вида которых у него остановилось бы сердце и которые с легкостью сотрут его селение с лица земли, стоит только нам ненадолго снять стражу, – так вот, для этого толстяка я – подозрительный проходимец, «Бродяга-Шире-Шаг»... Но мы не хотим ничего менять. Когда простой народ беззаботен, когда ему нечего бояться, он остается свободным, а это главное.

   В мире много злых сил, с которыми вашим крепким стенам и острым мечам дела иметь не приходится. Ты сказал, что Север наслаждается покоем и свободой. Но что знали бы о покое и свободе народы Севера, если бы не мы? Один страх перед Тенью уже сломил бы их. Но когда с пустынных холмов и из бессолнечных чащоб в долины являются темные твари – мы изгоняем их прочь. Кто осмелился бы путешествовать по дорогам, кто чувствовал бы себя в безопасности дома или в поле, кто мог бы спокойно спать у себя в постели, если бы дунаданы предавались сну или сошли в могилы? И все же мы слышим слова благодарности реже, чем вы. Путешественники провожают нас хмурыми взглядами, крестьяне наделяют презрительными кличками. Для одного толстяка, что живет в дне пути от чудищ, единственно от вида которых у него остановилось бы сердце и которые с легкостью сотрут его селение с лица земли, стоит только нам ненадолго снять стражу, – так вот, для этого толстяка я – подозрительный проходимец, «Бродяга-Шире-Шаг»... Но мы не хотим ничего менять. Когда простой народ беззаботен, когда ему нечего бояться, он остается свободным, а это главное.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
2. «

   – Разве это единственная дорога? – спросил он. – А какую бы предпочел ты? – обернулся к нему Арагорн. – Прямую, всем понятную, даже если она утыкана мечами!

   – Разве это единственная дорога? – спросил он. – А какую бы предпочел ты? – обернулся к нему Арагорн. – Прямую, всем понятную, даже если она утыкана мечами!

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
3. «

   Я могу спрятаться от чужих глаз, если захочу, но полностью исчезнуть — это редкий дар.

   Я могу спрятаться от чужих глаз, если захочу, но полностью исчезнуть — это редкий дар.

   — Властелин Колец: Братство кольца (The Lord Of The Rings: The Fellowship Of The Ring) · фильм
4. «

   — Скрыт мой путь от меня. — Он уже раскинулся под твоими ногами. Ты не можешь сейчас отступить. — Арвен... — Если ты ничему не веришь, поверь в нас. ===================================== Sindarin: — Dolen i vâd o nin. — Si peliannen i vâd na dail lîn. Si boe ú-dhannathach. — Arwen. — Ae ú-esteliach nad, estelio han, estelio ammen.

   — Скрыт мой путь от меня. — Он уже раскинулся под твоими ногами. Ты не можешь сейчас отступить. — Арвен... — Если ты ничему не веришь, поверь в нас. ===================================== Sindarin: — Dolen i vâd o nin. — Si peliannen i vâd na dail lîn. Si boe ú-dhannathach. — Arwen. — Ae ú-esteliach nad, estelio han, estelio ammen.

   — Арагорн · фильм
5. «

   – Боюсь, теперь он нанесет удар быстрее, чем замышлял! – Кто торопится, часто бьет мимо.

   – Боюсь, теперь он нанесет удар быстрее, чем замышлял! – Кто торопится, часто бьет мимо.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
6. «

   Фродо: — Куда ты ведёшь нас? Арагорн: — В чащу. Мерри: — Откуда нам знать, что этот Странник — друг Гэндальфа? Фродо: — Думаю у вражеского слуги была бы ласка на показ, а иное — про запас. Мерри: — Да уж, вид у него неласковый. Фродо: — У нас нет выбора. Надо довериться. Сэмуайз Гэмджи: — Но куда он ведёт нас? Арагорн: — В Ривенделл, мистер Гэмджи. В дом Элронда. Сэмуайз Гэмджи: — Ты слышал! Ривенделл! Мы увидим эльфов!

   Фродо: — Куда ты ведёшь нас? Арагорн: — В чащу. Мерри: — Откуда нам знать, что этот Странник — друг Гэндальфа? Фродо: — Думаю у вражеского слуги была бы ласка на показ, а иное — про запас. Мерри: — Да уж, вид у него неласковый. Фродо: — У нас нет выбора. Надо довериться. Сэмуайз Гэмджи: — Но куда он ведёт нас? Арагорн: — В Ривенделл, мистер Гэмджи. В дом Элронда. Сэмуайз Гэмджи: — Ты слышал! Ривенделл! Мы увидим эльфов!

   — Фродо Бэггинс · фильм
7. «

   Река — это такая тропа, с которой по крайней мере не собьешься.

   Река — это такая тропа, с которой по крайней мере не собьешься.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
8. «

   Горе его не забудется, но оно не мрачит, а умудрит его.

   Горе его не забудется, но оно не мрачит, а умудрит его.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
9. «

   Безвестные подвиги ничуть не менее доблестны.

   Безвестные подвиги ничуть не менее доблестны.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
10. «

    <...> всякому деревцу родная земля слаще <...>

    <...> всякому деревцу родная земля слаще <...>

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
11. «

    Ему, на вид удивительно хилому, ненависть придает недюжинные силы.

    Ему, на вид удивительно хилому, ненависть придает недюжинные силы.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    – Но я не служанка, я – из рода Эорла. Я умею сидеть в седле, владею мечом и не боюсь ни боли, ни смерти. – Чего же ты боишься, госпожа? – Неволи, – бросила она. – Я боюсь просидеть всю жизнь под замком, боюсь дождаться дня, когда усталость и годы примирят меня с тюрьмой, когда надежда совершить великое исчезнет, забудется и перестанет волновать сердце.

    – Но я не служанка, я – из рода Эорла. Я умею сидеть в седле, владею мечом и не боюсь ни боли, ни смерти. – Чего же ты боишься, госпожа? – Неволи, – бросила она. – Я боюсь просидеть всю жизнь под замком, боюсь дождаться дня, когда усталость и годы примирят меня с тюрьмой, когда надежда совершить великое исчезнет, забудется и перестанет волновать сердце.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
13. «

    Гил-Гэлад, эльфов звездный свет, Был королем прадавних лет, Меж гор и моря его страна Была прекрасна и вольна. Был меч его грозен, копье остро, И шлем сиял, как в ночи костер, А в серебряной глади его щита Отражалась звездная красота. Но вот однажды ушел он в поход, Никто не ведал, куда, И в Мордоре, где Тень живет, Канула в темень его звезда. Тем дням уж больше вовек не бывать... Будут арфисты печальные песни слагать.

    Гил-Гэлад, эльфов звездный свет, Был королем прадавних лет, Меж гор и моря его страна Была прекрасна и вольна. Был меч его грозен, копье остро, И шлем сиял, как в ночи костер, А в серебряной глади его щита Отражалась звездная красота. Но вот однажды ушел он в поход, Никто не ведал, куда, И в Мордоре, где Тень живет, Канула в темень его звезда. Тем дням уж больше вовек не бывать... Будут арфисты печальные песни слагать.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
14. «

    Увидеть в руинах то, что всегда считал могущественным и непобедимым, – само по себе тяжелое наказание.

    Увидеть в руинах то, что всегда считал могущественным и непобедимым, – само по себе тяжелое наказание.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
15. «

    Никакие Врата не устоят перед вражеским натиском, если у них недостанет защитников.

    Никакие Врата не устоят перед вражеским натиском, если у них недостанет защитников.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
16. «

    — Мне нельзя жить во своей воле? — Этого почти никому нельзя.

    — Мне нельзя жить во своей воле? — Этого почти никому нельзя.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
17. «

    — Никогда не забудем этого. — Никогда — это слово длинное даже для меня. Ты хочешь сказать — до тех пор, покуда пребудут ваши царства.

    — Никогда не забудем этого. — Никогда — это слово длинное даже для меня. Ты хочешь сказать — до тех пор, покуда пребудут ваши царства.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
18. «

    Врагов я считаю только мечом.

    Врагов я считаю только мечом.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
19. «

    Из всех зол и тягот, какие хранит в запасе судьба, нет ничего столь горького и позорного для мужа, как снискать любовь прекрасной и бесстрашной девы и не иметь возможности ответить ей тем же.

    Из всех зол и тягот, какие хранит в запасе судьба, нет ничего столь горького и позорного для мужа, как снискать любовь прекрасной и бесстрашной девы и не иметь возможности ответить ей тем же.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
20. «

    – Ладно, ладно, некогда ломать голову над загадками, – торопил Гимли. – Идемте, перенесем Боромира к Реке! – Когда-нибудь разгадывать загадки придется, если мы хотим выбрать верную дорогу, – возразил Арагорн. – А есть ли она, эта верная дорога? – усомнился гном.

    – Ладно, ладно, некогда ломать голову над загадками, – торопил Гимли. – Идемте, перенесем Боромира к Реке! – Когда-нибудь разгадывать загадки придется, если мы хотим выбрать верную дорогу, – возразил Арагорн. – А есть ли она, эта верная дорога? – усомнился гном.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга