Арагорн

Никакие ворота не удержат Врага, если при них не будет защитников.

...если гибнут великие, то с малых великий спрос.

Он не ведает, навстречу какой судьбе едет, но, если бы и ведал, назад не повернул бы.

— Ты помнишь, что я сказала тебе? — Ты сказала, что свяжешь свою судьбу с моей, отказавшись от бессмертия своего народа. — И я не передумала. Я скорее разделю смертную жизнь с тобой, чем проживу все эпохи мира в одиночестве.

— <...> Будь осторожен! — А когда я был неосторожен за эти долгие годы? — горько спросил Арагорн. — Да, пожалуй, не был. Тем обиднее оступиться в конце пути.

— Если понадобится моя жизнь, чтобы защитить тебя — я отдам её. Мой меч с тобой! — И мой лук тоже. — И моя секира.

Мы – на самом краю пропасти, где надежда и отчаяние сродни.

– В чём, в чём, а в этом ты ничуть не изменился, дорогой Гэндальф, – заметил Арагорн. – Как всегда, говоришь сплошными загадками! – Загадками? – переспросил Гэндальф. – Да нет, нет, что ты. Я просто разговариваю сам с собой. Так поступали когда-то древние: обращались к самому мудрому в собрании, минуя остальных.

... поверь мне, горестно и мучительно видеть любовь, которой из-за тебя суждено остаться безответной.

Возможно, наступит день, когда мужество оставит род людей, и мы предадим друзей, и разорвем все узы дружбы, но только не Сегодня. Может быть, придет час волков, когда треснут щиты и настанет закат эпохи людей, но только не Сегодня… Сегодня мы сразимся! За все, что вы любите на этой славной земле. Зову Вас на бой, Люди Запада!

<...> всякому деревцу родная земля слаще <...>

Увидеть в руинах то, что всегда считал могущественным и непобедимым, – само по себе тяжелое наказание.

— Умеешь обращаться с мечом... — Наши женщины давно усвоили: если не владеешь мечом, то погибнешь от него. Я не боюсь ни смерти, ни боли. — А чего ты боишься, госпожа? — Клетки. Сидеть за решеткой пока привычка и старость не заставят смириться, и пока все мечты о подвиге не станут пустыми воспоминаниями. — Ты дочь королей. Воительница Рохана. Не верю, что тебя ждёт такая судьба.

Тот, кто не может отказаться от сокровища, будучи в нужде, находится в оковах.

– Рассвет близок, – сказал Гамлинг, стоявший рядом с ним. – Но, боюсь, облегчения нам он не принесет. – Заря для человека всегда означает надежду, – возразил Арагорн.

– Но я не служанка, я – из рода Эорла. Я умею сидеть в седле, владею мечом и не боюсь ни боли, ни смерти. – Чего же ты боишься, госпожа? – Неволи, – бросила она. – Я боюсь просидеть всю жизнь под замком, боюсь дождаться дня, когда усталость и годы примирят меня с тюрьмой, когда надежда совершить великое исчезнет, забудется и перестанет волновать сердце.