23 цитаты персонажа «Арман», которые захочется сохранить

23 цитаты персонажа «Арман» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Зло – само понятие о нем – происходит от разочарования и горечи! Неужели ты не понимаешь? <...> Единственно подлинная сила заключена в нас самих. Как ты можешь верить во все эти лживые сказки?

   Зло – само понятие о нем – происходит от разочарования и горечи! Неужели ты не понимаешь? <...> Единственно подлинная сила заключена в нас самих. Как ты можешь верить во все эти лживые сказки?

   — Энн Райс · книга
2. «

   — Разве с такими девушками, как я, церемонятся? — С женщинами всегда церемонятся, — по крайней мере, таково мое убеждение.

   — Разве с такими девушками, как я, церемонятся? — С женщинами всегда церемонятся, — по крайней мере, таково мое убеждение.

   — Александр Дюма (сын) · книга
3. «

   Многим ли хватит мужества, чтобы жить вечно?

   Многим ли хватит мужества, чтобы жить вечно?

   — Энн Райс · книга
4. «

   Я видел это и верил, что смогу привязать тебя к себе и удержать, и тогда время откроется перед нами, и мы будем учить друг друга. Мы будем счастливы. Я буду охранять тебя от твоей боли. Но... ты мёртвый внутри, холодный и недосягаемый. Я содрогаюсь рядом с тобой, потому что смотрю в твои глаза и не вижу отражения.

   Я видел это и верил, что смогу привязать тебя к себе и удержать, и тогда время откроется перед нами, и мы будем учить друг друга. Мы будем счастливы. Я буду охранять тебя от твоей боли. Но... ты мёртвый внутри, холодный и недосягаемый. Я содрогаюсь рядом с тобой, потому что смотрю в твои глаза и не вижу отражения.

   — Энн Райс · книга
5. «

   Я ничего не знаю, потому что я знаю слишком много, но понимаю очень мало и никогда не пойму. Но и ты, и все, кого я знал, научили меня, что любовь есть необходимость, как дождь необходим цветам и деревьям, как пища – голодным детям, как кровь – голодным падальщикам, то есть нам, нам нужна любовь, и любовь, как ничто другое, может заставить нас забыть и простить любое зверство.

   Я ничего не знаю, потому что я знаю слишком много, но понимаю очень мало и никогда не пойму. Но и ты, и все, кого я знал, научили меня, что любовь есть необходимость, как дождь необходим цветам и деревьям, как пища – голодным детям, как кровь – голодным падальщикам, то есть нам, нам нужна любовь, и любовь, как ничто другое, может заставить нас забыть и простить любое зверство.

   — Энн Райс · книга
6. «

   — Как можно забыть свое имя? — Можно. Если оно тебе больше не нужно.

   — Как можно забыть свое имя? — Можно. Если оно тебе больше не нужно.

   — Мира · фильм
7. «

   Тяжело жить по-человечески.

   Тяжело жить по-человечески.

   — Он - дракон · фильм
8. «

   Я хочу быть язвой в самом сердце мира.

   Я хочу быть язвой в самом сердце мира.

   — Энн Райс · книга
9. «

   Ты создан, чтобы победить время, а не для того, чтобы от него убегать.

   Ты создан, чтобы победить время, а не для того, чтобы от него убегать.

   — Энн Райс · книга
10. «

    — Почему вы считаете, что дело, которому ты служишь, важнее собственной судьбы? На миг задумавшись, он сказал: — Я не отделяю одного от другого. — Да, — кивнул я.

    — Почему вы считаете, что дело, которому ты служишь, важнее собственной судьбы? На миг задумавшись, он сказал: — Я не отделяю одного от другого. — Да, — кивнул я.

    — Симона де Бовуар · книга
11. «

    Каждое существо сражается с собственными ангелами и дьяволами, каждое существо рано или поздно делает выбор и становится приверженцем определённой системы жизненных ценностей, без которых немыслимо жить настоящей жизнью.

    Каждое существо сражается с собственными ангелами и дьяволами, каждое существо рано или поздно делает выбор и становится приверженцем определённой системы жизненных ценностей, без которых немыслимо жить настоящей жизнью.

    — Энн Райс · книга
12. «

    Мы все умираем... Смерть — это единственное, что объединяет людей.

    Мы все умираем... Смерть — это единственное, что объединяет людей.

    — Энн Райс · книга
13. «

    Люди всегда предпочитают мифы.

    Люди всегда предпочитают мифы.

    — Энн Райс · книга
14. «

    — Но какой была Венеция, когда ты там жил? Расскажи мне... — Что рассказать? Что она была грязной? Что она была прекрасной? Что одетые в лохмотья люди с гнилыми зубами и отвратительным запахом изо рта веселились во время публичных казней? Хочешь знать, в чем состоит главное отличие? В том, что в настоящее время люди страшно одиноки. Нет, ты выслушай меня. В те годы, когда я еще принадлежал к числу живых, мы жили по шесть-семь человек в комнате. Городские улицы заполняло море людей; а сейчас смятенные души наслаждаются в своих высотных домах роскошью и уединением и сквозь стекло телевизионных экранов взирают на далекий мир поцелуев и прикосновений. Непременно нужно было накопить такое огромное количество знаний и достичь нового уровня человеческого сознания, любопытствующего скептицизма, чтобы стать одинокими.

    — Но какой была Венеция, когда ты там жил? Расскажи мне... — Что рассказать? Что она была грязной? Что она была прекрасной? Что одетые в лохмотья люди с гнилыми зубами и отвратительным запахом изо рта веселились во время публичных казней? Хочешь знать, в чем состоит главное отличие? В том, что в настоящее время люди страшно одиноки. Нет, ты выслушай меня. В те годы, когда я еще принадлежал к числу живых, мы жили по шесть-семь человек в комнате. Городские улицы заполняло море людей; а сейчас смятенные души наслаждаются в своих высотных домах роскошью и уединением и сквозь стекло телевизионных экранов взирают на далекий мир поцелуев и прикосновений. Непременно нужно было накопить такое огромное количество знаний и достичь нового уровня человеческого сознания, любопытствующего скептицизма, чтобы стать одинокими.

    — Энн Райс · книга
15. «

    Я скажу тебе, чего я боюсь, – серьезно заговорил Арман, и голос его звучал напряженно. – Того, что после смерти наступает хаос, что начинается сон, от которого нельзя пробудиться. Представь, что ты впал в полубессознательное состояние и тщетно пытаешься вспомнить, кто ты сейчас и кем был прежде. Представь, что ты обречен на вечные напряженные поиски ясности, доступной лишь живым...

    Я скажу тебе, чего я боюсь, – серьезно заговорил Арман, и голос его звучал напряженно. – Того, что после смерти наступает хаос, что начинается сон, от которого нельзя пробудиться. Представь, что ты впал в полубессознательное состояние и тщетно пытаешься вспомнить, кто ты сейчас и кем был прежде. Представь, что ты обречен на вечные напряженные поиски ясности, доступной лишь живым...

    — Энн Райс · книга
16. «

    Если я ангел, рисуй меня с черными крыльями.

    Если я ангел, рисуй меня с черными крыльями.

    — Энн Райс · книга
17. «

    – Загадайте желание. – Желание? – Когда мы зажжём фонарики и спустим их на воду. Возможно, свет унесёт эти желания на небо. – Для наших умерших близких? – Даже самый маленький жест становится значительным, если за ним наблюдают извне. Но это простые мысли.

    – Загадайте желание. – Желание? – Когда мы зажжём фонарики и спустим их на воду. Возможно, свет унесёт эти желания на небо. – Для наших умерших близких? – Даже самый маленький жест становится значительным, если за ним наблюдают извне. Но это простые мысли.

    — Арман · игра
18. «

    Мне представляется довольно занятным, что тебе известно мое имя и при этом ты все еще жив.

    Мне представляется довольно занятным, что тебе известно мое имя и при этом ты все еще жив.

    — Энн Райс · книга
19. «

    Приятно думать, что когда мы, наконец, устаем от этого мира, существует еще восход солнца.

    Приятно думать, что когда мы, наконец, устаем от этого мира, существует еще восход солнца.

    — Энн Райс · книга
20. «

    ... Жизнь без любви — цветок без аромата, как говорят на Востоке.

    ... Жизнь без любви — цветок без аромата, как говорят на Востоке.

    — Понсон дю Террайль · книга