20 коротких цитат персонажа «Бодлер»

Собрали 20 цитат персонажа «Бодлер» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Отшельник-книгочей, былой поклонник дам На склоне лет, в людей уже не веря, Заводит кошку, ласкового зверя И нелюдимого, подобно господам.

   Отшельник-книгочей, былой поклонник дам На склоне лет, в людей уже не веря, Заводит кошку, ласкового зверя И нелюдимого, подобно господам.

   — Анатоль Франс · книга
2. «

   Я не могу себе представить такой тип Красоты, в котором бы совсем отсутствовало Несчастье.

   Я не могу себе представить такой тип Красоты, в котором бы совсем отсутствовало Несчастье.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
3. «

   Я не нуждаюсь для моего удовольствия ни в чьей нищете, я не желаю богатства, которое оплачено горем.

   Я не нуждаюсь для моего удовольствия ни в чьей нищете, я не желаю богатства, которое оплачено горем.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
4. «

   Искусство — вечность, время — миг.

   Искусство — вечность, время — миг.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
5. «

   И вновь промозглый мрак овладевает нами, - Где летней ясности живая синева? Мы завтра зиму ждем, вчера скончалось лето.

   И вновь промозглый мрак овладевает нами, - Где летней ясности живая синева? Мы завтра зиму ждем, вчера скончалось лето.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
6. «

   Вдохновение — не что иное, как награда за каждодневный труд.

   Вдохновение — не что иное, как награда за каждодневный труд.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
7. «

   Порой прекрасна ты, как кругозор земной Под солнцем осени, смягченным пеленой, Как дали под дождем, когда их глубина Лучем встревоженных небес озарена.

   Порой прекрасна ты, как кругозор земной Под солнцем осени, смягченным пеленой, Как дали под дождем, когда их глубина Лучем встревоженных небес озарена.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
8. «

   Ходит мусорщик старый, в лохмотья одет, Не глядит на людей и, совсем как поэт, За столбы задевает, и что-то бормочет, И поет, и плевать на полицию хочет,

   Ходит мусорщик старый, в лохмотья одет, Не глядит на людей и, совсем как поэт, За столбы задевает, и что-то бормочет, И поет, и плевать на полицию хочет,

   — Игорь Иванович Гарин · книга
9. «

   Невинный, честно-близорукий Читатель благонравных книг, Брось этот горестный дневник, Греха, раскаянья и муки.

   Невинный, честно-близорукий Читатель благонравных книг, Брось этот горестный дневник, Греха, раскаянья и муки.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
10. «

    Я почти не в силах вообразить Красоту, которая не была бы связана с Горем.

    Я почти не в силах вообразить Красоту, которая не была бы связана с Горем.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
11. «

    Очень полезно показать светским людям, какого труда стоит тот предмет роскоши, что зовется Поэзией.

    Очень полезно показать светским людям, какого труда стоит тот предмет роскоши, что зовется Поэзией.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
12. «

    Человек осужден на зло, прирожден к нему: жадность, развращенность, глупость, подлость, гордыня... Яд власти, обожание кнута народом — всё имеет корни в человеческой природе.

    Человек осужден на зло, прирожден к нему: жадность, развращенность, глупость, подлость, гордыня... Яд власти, обожание кнута народом — всё имеет корни в человеческой природе.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
13. «

    Поэзия — не обязательно стихи, так же как стихи большей частью — не поэзия.

    Поэзия — не обязательно стихи, так же как стихи большей частью — не поэзия.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
14. «

    Невозможно просмотреть ни одну газету за любой день, месяц или год и не найти в каждой строке доказательств самой ужасной человеческой извращенности одновременно с бахвальством своей честностью, добротой, щедростью и с самыми дерзкими уверениями в прогрессе и цивилизации.

    Невозможно просмотреть ни одну газету за любой день, месяц или год и не найти в каждой строке доказательств самой ужасной человеческой извращенности одновременно с бахвальством своей честностью, добротой, щедростью и с самыми дерзкими уверениями в прогрессе и цивилизации.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
15. «

    Твой взор загадочный как будто увлажнен. Кто скажет, синий ли, зеленый, серый он? Он то мечтателен, то нежен, то жесток, То пуст, как небеса, рассеян иль глубок.

    Твой взор загадочный как будто увлажнен. Кто скажет, синий ли, зеленый, серый он? Он то мечтателен, то нежен, то жесток, То пуст, как небеса, рассеян иль глубок.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
16. «

    Часы! Живет в вас Бог, бесстрастный, беспощадный, Он пальцем нам грозит, бормочет: «не забудь!» За краткий час Секунда успевает Три тысячи шетьсот долбящих: не забудь! Глупец! Лишь потому играет время смело, Что проиграть оно не может. Не забудь!

    Часы! Живет в вас Бог, бесстрастный, беспощадный, Он пальцем нам грозит, бормочет: «не забудь!» За краткий час Секунда успевает Три тысячи шетьсот долбящих: не забудь! Глупец! Лишь потому играет время смело, Что проиграть оно не может. Не забудь!

    — Игорь Иванович Гарин · книга
17. «

    Культура аристократична и движется аристократизмом — личностью ее творцов, убери это — и культура исчезнет.

    Культура аристократична и движется аристократизмом — личностью ее творцов, убери это — и культура исчезнет.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
18. «

    За исключением Шатобриана, Бальзака, Стендаля, Мериме, Флобера и Готье, вся современная дрянь приводит меня в ужас. Ваши академии — ужас, ваши либералы — ужас, добродетели — ужас, пороки — ужас, ваш торопливый стиль — ужас, прогресс — ужас.

    За исключением Шатобриана, Бальзака, Стендаля, Мериме, Флобера и Готье, вся современная дрянь приводит меня в ужас. Ваши академии — ужас, ваши либералы — ужас, добродетели — ужас, пороки — ужас, ваш торопливый стиль — ужас, прогресс — ужас.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
19. «

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
20. «

    Коль пожары, насилья, ножи и отравы Не сумели узором своим разубрать Наших судеб никчемных истертую гладь, Значит души у нас — что поделать! — трухлявы.

    Коль пожары, насилья, ножи и отравы Не сумели узором своим разубрать Наших судеб никчемных истертую гладь, Значит души у нас — что поделать! — трухлявы.

    — Марсель Пруст · книга