12 цитат персонажа «Бран Старк» для вдохновения

12 цитат персонажа «Бран Старк» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Может ли мужчина стать отважным, если он боится? — Только преодолев страх, он и станет храбрым, он и станет мужчиной!

   — Может ли мужчина стать отважным, если он боится? — Только преодолев страх, он и станет храбрым, он и станет мужчиной!

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   — Что ты делаешь со мной? — со слезами в голосе спросил он у ворона. — Учу тебя летать. — Я не могу летать. — Ты уже летишь. — Я падаю. — Каждый полет начинается с падения, — сказал ворон.

   — Что ты делаешь со мной? — со слезами в голосе спросил он у ворона. — Учу тебя летать. — Я не могу летать. — Ты уже летишь. — Я падаю. — Каждый полет начинается с падения, — сказал ворон.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Боги покарали его не за убийство, и не за то, что он подал королю блюдо из собственного сына — человек имеет право мстить. Но он убил гостя под своим кровом, а боги этого не прощают.

   Боги покарали его не за убийство, и не за то, что он подал королю блюдо из собственного сына — человек имеет право мстить. Но он убил гостя под своим кровом, а боги этого не прощают.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   — Почему ты им не сказал? — Ты не смог бы помочь нам в этой битве, если бы я дал им тебя убить. — А что же будет после? — С чего ты взял, что «после» настанет?

   — Почему ты им не сказал? — Ты не смог бы помочь нам в этой битве, если бы я дал им тебя убить. — А что же будет после? — С чего ты взял, что «после» настанет?

   — Джейме Ланнистер · сериал
5. «

   На опушке Волчьего Леса Бран повернулся в корзине, чтобы еще раз взглянуть на замок, где прожил всю свою жизнь. Дым еще поднимался в серое небо, но не в большем количестве, чем шел бы из труб Винтерфелла в холодный осенний день. Амбразуры кое где почернели от копоти, там и сям зияли прогалы на месте обвалившихся зубцов, но издали ущерб казался не таким уж большим. За стенами, как много веков подряд, торчали верхушки зданий и башен — кто бы подумал, что замок разграблен и сожжен? «Камень крепок, — сказал себе Бран, — корни деревьев уходят глубоко, а под землей сидят Короли Зимы на своих тронах. Пока они существуют, существует и Винтерфелл. Он не умер, он просто сломан, как я, — я ведь тоже жив».

   На опушке Волчьего Леса Бран повернулся в корзине, чтобы еще раз взглянуть на замок, где прожил всю свою жизнь. Дым еще поднимался в серое небо, но не в большем количестве, чем шел бы из труб Винтерфелла в холодный осенний день. Амбразуры кое где почернели от копоти, там и сям зияли прогалы на месте обвалившихся зубцов, но издали ущерб казался не таким уж большим. За стенами, как много веков подряд, торчали верхушки зданий и башен — кто бы подумал, что замок разграблен и сожжен? «Камень крепок, — сказал себе Бран, — корни деревьев уходят глубоко, а под землей сидят Короли Зимы на своих тронах. Пока они существуют, существует и Винтерфелл. Он не умер, он просто сломан, как я, — я ведь тоже жив».

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   — Робб сказал, что человек этот умер с отвагой, но Джон уверяет, что он боялся. — А ты как думаешь? — спросил отец. Бран подумал. — А не может ли человек сразу быть отважным, но чего-то бояться? — Только так и может человек быть отважным.

   — Робб сказал, что человек этот умер с отвагой, но Джон уверяет, что он боялся. — А ты как думаешь? — спросил отец. Бран подумал. — А не может ли человек сразу быть отважным, но чего-то бояться? — Только так и может человек быть отважным.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   Бран испытал облегчение… но и разочарование тоже. Волшебство способно на всё: мёртвые оживают, деревья говорят, а сломанные мальчики становятся рыцарями, когда вырастают. — Но волшебства больше нет, — сказал он во мрак своей комнаты, улёгшись в постель, — а сказки — они и есть сказки. Не будет он никогда ни ходить, ни летать и рыцарем тоже не станет.

   Бран испытал облегчение… но и разочарование тоже. Волшебство способно на всё: мёртвые оживают, деревья говорят, а сломанные мальчики становятся рыцарями, когда вырастают. — Но волшебства больше нет, — сказал он во мрак своей комнаты, улёгшись в постель, — а сказки — они и есть сказки. Не будет он никогда ни ходить, ни летать и рыцарем тоже не станет.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   — Мой брат погиб за тебя. Ходор и Лето погибли за тебя. Я сама еле выжила. Бран… — Я уже не Бран. Больше нет. Я помню, каково было быть Брандоном Старком, но теперь я помню и столько всего другого… — Ты умер в той пещере.

   — Мой брат погиб за тебя. Ходор и Лето погибли за тебя. Я сама еле выжила. Бран… — Я уже не Бран. Больше нет. Я помню, каково было быть Брандоном Старком, но теперь я помню и столько всего другого… — Ты умер в той пещере.

   — Мира Рид · сериал
9. «

   — Они [горы] мне так нравятся, что и сказать нельзя. — Как же ты говоришь, что их ненавидишь? — Разве нельзя совмещать и то и другое? — Нет. Это разные вещи. Как день и ночь, как лёд и огонь. — Если лёд способен обжигать, то и любовь может сочетаться с ненавистью. Гора или болото, всё едино. Земля одна.

   — Они [горы] мне так нравятся, что и сказать нельзя. — Как же ты говоришь, что их ненавидишь? — Разве нельзя совмещать и то и другое? — Нет. Это разные вещи. Как день и ночь, как лёд и огонь. — Если лёд способен обжигать, то и любовь может сочетаться с ненавистью. Гора или болото, всё едино. Земля одна.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    Серые глаза лорда нынче смотрели угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о Веке Героев и Детях Леса. Бран подумал: он снял с себя личину отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла.

    Серые глаза лорда нынче смотрели угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о Веке Героев и Детях Леса. Бран подумал: он снял с себя личину отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    – Я здесь, – сказал Бран, – но только я сломан. Сможешь ли ты… сможешь ли ты исправить меня… то есть, мои ноги? – Нет, – ответил бледный лорд. – Это выше моих сил. Глаза Брана наполнились слезами. «Мы проделали такой долгий путь». По пещере разносилось эхо подземной реки. – Ты никогда не сможешь ходить, Бран, – пообещали его бледные губы, – но ты полетишь.

    – Я здесь, – сказал Бран, – но только я сломан. Сможешь ли ты… сможешь ли ты исправить меня… то есть, мои ноги? – Нет, – ответил бледный лорд. – Это выше моих сил. Глаза Брана наполнились слезами. «Мы проделали такой долгий путь». По пещере разносилось эхо подземной реки. – Ты никогда не сможешь ходить, Бран, – пообещали его бледные губы, – но ты полетишь.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Нет зверя более шумного, чем человек.

    Нет зверя более шумного, чем человек.

    — Джордж Мартин · книга