— Как тебе удалось принести два стаканчика кофе, когда у тебя трость? — Ты думаешь, это подозрительно? — Или это, или мне придется признать тот факт, что ты сделал что-то хорошее, и значит я скоро увижу всадников Апокалипсиса, стены огня и конец света. — Я их поставил друг на друга.
— Если бы мы сказали тебе правду, что ты верно поставил диагноз без единого медицинского доказательства, ты бы решил, что ты Бог. И я боялся, что ты подпалишь крылья. — Бог не хромает.
Уилсон: (стоя перед дверью в квартиру Хауса) Я знаю, что ты там. Я слышу твой мобильник. Кадди: Просто открой ему. Хаус: Нет! Он же как бездомный кот. Всё сожрёт, нассыт по углам и нагадит на пол.
— Что ты читаешь? — Личное дело Уилсона, онколога. Знаешь такого? — Вообще-то, в некоторых культурах считается грубым шпионить за своим другом. Конечно, в переводе со шведского слово «друг» также может означать «хромой хам».
— Прости за опоздание, это из-за меня, я принимал душ. — Тогда мы опоздали из-за меня, ведь душ ты принимал после того, как мы занимались этим... — А я сходил посрать.
— Кхм... — Вот это обязательно? — Я только сказал кхм. — Ты ищешь глубинную подоплёку в том, что я хронически не высыпаюсь! — И кто из нас цепляется к невинному кхммм? — Ладно, прости. — Считай простил.
— Медицинская амнистия! Интересно! — Зачем ты так сказал? — Потому что мне интересно! Когда мне интересно, я называю то, что мне интересно — интересным!